Им обоим сейчас нужно было притворяться, и оба справлялись. Рино заставил себя смотреть только на панель управления, иногда бросал взгляды на Миру, возившуюся с маяком, и никогда – на до предела натянутый трос. Как будто взгляд мог стать той последней нагрузкой, которую эта мелкая дрянь не выдержит!

Но пока все шло неплохо – и должно было, если бы динамики рации снова не изошли капризным голосом Фионы.

– Бернарди, возвращайтесь на станцию немедленно! Это приказ!

Рино смущал не сам приказ, в котором не было ничего нового, а то, что Фиона сумела запустить рацию и снова обратиться к нему. Для такого необходимо перехватить контроль над челноком через центральный компьютер!

Сама бы Фиона не справилась, не смогла просто, это высший пилотаж. Поэтому Рино сразу же спросил:

– Кто там с вами?

– Никого! – поспешно ответила Фиона. – И какая разница?! Вы приказ слышали? Выполняйте немедленно!

– Я не могу его выполнить – и тем более немедленно. Мира сейчас работает внизу, она настраивает маяк.

– Бернарди, мы возвращаем вас обоих! От того, какую роль вы в этом сыграете, зависит лишь ваше наказание!

Он прекрасно понимал, к чему она клонит: если компьютер смог перехватить контроль над рацией, то и челноком управлять сможет. Этого Рино точно не ожидал… хотя стоило бы! Но он привык летать на разведывательных истребителях, перехватить контроль над ними не так просто.

С обыкновенным гражданским челноком другая история… которая сейчас могла стать очень печальной.

– Если вы собираетесь протащить Миру на тросе к кораблю, это все равно что убить ее! – предупредил Рино. – Мы используем трос для малых грузов, он не выдержит!

– Все он выдержит, раз до сих пор выдерживал!

Рино все-таки сорвался:

– Да послушай же ты меня, дура полуграмотная…

Вспыльчивость всегда относилась к его главным недостаткам – и никогда не доводила до добра. Вот и сейчас Фиона оскорбилась мгновенно, она даже договорить ему не дала:

– Ну, все, Бернарди, вы доигрались! Вы отстранены!

Его пугало не отстранение, а то, что челнок все-таки двинулся – сам по себе, и не теми мелкими безопасными кругами, которые Рино обеспечивал раньше, а в сторону станции.

Мира, конечно же, это заметила:

– Эй, что там происходит?! Я не готова подниматься!

– Нас пока не спрашивают, они перехватили управление!

– Что? Нет! Постарайся остановить их, у меня все получается, я почти закончила! Скажи им!

Но говорить было бесполезно, на той стороне кто-то уперся – то ли Фиона, то ли кто посерьезней. Они думали, что на кону только судьба маяка. Они даже не понимали, что могут сотворить с Мирой! Если сейчас они стянут ее и трос оборвется в космосе, она же… она погибнет, челнок не подходит для спасения! Она будет лететь в никуда, пока Сектор Фобос не поглотит ее – или пока она сама не снимет шлем, чтобы прекратить мучения.

Рино не мог этого допустить. Он попытался остановить корабль, обходя команды центрального компьютера. Кое-что у него получилось: движение замедлилось. И все равно челнок дергался слишком сильно, о былом покое и речи не шло. С каждым его рывком трос тянул Миру вверх, и ей пришлось всем телом прильнуть к маяку, чтобы не сорваться.