Но также, все глубже проникая в мысли и память К'арлайнда, они видели его мечты. Мечты создать нечто такое, что действительно было бы связано единством цели, единством воли. Не повторение знатного Дома дроу, а создание чего-то нового. Союз, который будет выше колледжей и Домов, из которых все они вышли.

— Итак? — выдохнул К'арлайнд. Вопрос этот он задал не только голосом, но и сердцем.

Элдринн поднял свою киира:

— Я убежден.

— Я тоже, — быстро добавила Алекса.

Зарифар открыл глаза и молча кивнул.

— Ладно, — буркнул Балтак.

Он попытался выступить вперед, возглавить остальных учеников, но К'арлайнд положил ему руку на плечо, останавливая. Балтак в кои-то веки уступил.

— На счет три, — сказал им К'арлайнд. — И не забывайте следить, чтобы ваши разумы были связаны с моим. Один… два… три!

Когда все остальные поднесли свои камни познания ко лбам, К'арлайнд ощутил, как разумы пяти киира присоединились к ним. Каждый из учеников отреагировал так, как он и ожидал: Балтак — с мысленным сопротивлением, Алекса — с интересом экспериментатора, Зарифар — с сонным добродушием и Элдринн — с опасливым любопытством. В следующий миг все они подчинились, и киира завладели ими. Камни познания переговаривались между собой благодаря связи между кольцами на пальцах шестерых.

Объединенный разум К'арлайнда и его киира отвечали им.

Пора. Начинаем, — повелели киира.

Вместе они сплетали заклинание. Ведомые киира, шесть дроу в унисон произносили магические слова. По мере того как заклинание набирало силу, фаэрцресс разгорался все ярче. Хотя К'арлайнду приходилось щуриться от его сияния, он заставлял себя не отводить взгляд. Фаэрцресс был их связью со слугами Кайрансали, с неумершими, черпающими силу в его отрицательной энергии, с краун, которые почитали и саздавали всю эту мерзость, — и с самой богиней Смерти.

Из всех этих разумов кое-что должно было быть стерто. Не память, нет, но одно-единственное слово.

Окольным путем на идею этого заклинания натолкнула К'арлайнда сама Кайрансали. Услышав рассказ Лелианы про то, как богиня Смерти стирала имя Оркуса с храмов и святилищ по всему Фаэруну, он воспринял эту историю буквально. Должно быть, богиней руководило тщеславие, предположил он. Даже став королевой-победительницей, она хотела уничтожить все следы того, кто правил до нее.

Потом он понял, что все это имело куда более глубокий смысл. Все божества, чтобы выжить, нуждаются в пастве. Без постоянного притока верующих, которые молятся им на Ториле, а позднее попадают в их владения после смерти, боги и богини медленно угасли бы.

Может ли быть лучший способ покончить с верой Кайрансали, чем стереть ее имя из памяти каждого верующего? Даже из памяти самой богини?

К'арлайнд хлопнул ладонью по стене.

— Кайрансали! — выкрикнул он.

Его заклинание, словно рябь по воде, распространилось по фаэрцресс. Оно вспыхнуло в умах верующих Кайрансали, словно огонь в сухом хворосте. Оно пронеслось над Уровнем Отрицательной Энергии, промелькнув в черной пустоте, будто огненная молния, и ударило в угол Паутины Демонов, во владения Кайрансали.

К'арлайнд услышал испуганный крик: тысячи голосов завопили разом.