– Погоди, так ведь всего несколько часов прошло, – наивно удивилась Пэт. – Неужели ты добилась прорыва за такой короткий срок?

– Какой там, к черту, прорыв! – огрызнулась Макс. – Я добилась того, что могу дать вам точный ответ на поставленный вопрос. И могла, кстати, сделать это еще два часа назад, – добавила она не без яда в голосе.

– Больше ты от меня извинений не дождешься, – предупредил Йегер. – А теперь докладывай. Начни с алгоритма решения.

– Ты не думал, надеюсь, дорогой, что я сама буду рассчитывать параметры движения звезд? – капризно надув губы, осведомилась Макс.

– Я твоей свободы действий, кажется, не ограничивал, – осторожно заметил Хайрем.

– Да и с чего мне напрягать собственные микросхемы, когда я всегда могу перевалить черновую работу на другие компьютеры? – продолжала она, как будто в чем-то оправдываясь.

– Макс, крошка, об этом позже. Прошу тебя, расскажи нам, что ты нашла?

– Ладно. Прежде всего, определение расположения небесных тел требует сложных геометрических расчетов. Не стану затруднять вас скучными подробностями. Моя задача состояла в том, чтобы определить место, где были измерены координаты, выгравированные на камнях пещеры. Я установила точку наблюдения с точностью до нескольких миль, а также те звезды, по которым астрономы древних рассчитывали отклонения за многолетний период. Выяснила, что три звезды в поясе созвездия Ориона подверглись смещению, а положение Сириуса осталось фиксированным. С этими данными я влезла в астрометрический компьютер Национального научного центра.

– Как тебе не стыдно, Макс! – покачал головой Йегер. – Ты можешь меня сильно подставить, если будешь незаконно шарить по чужим сетям.

– Компьютер в ННЦ ко мне вроде бы неравнодушен. Он обещал стереть мой запрос.

– Надеюсь, ему можно верить, – с сомнением хмыкнул Йегер, чья суровость была чистой воды притворством; он сам сотни раз взламывал чужие компьютерные программы в поисках засекреченных данных, знать о которых ему не полагалось.

– Астрометрия, – невозмутимо продолжала Макс, – это, если вы не в курсе, один из старейших разделов астрономии, и занимается определением движения звезд. Пока понятно?

– Давай дальше, – поторопила ее Пэт.

– Тот компьютерный паренек в ННЦ, конечно, куда слабее меня, но задачка для него элементарна, и я его уболтала рассчитать время изменения положений Сириуса и Ориона на момент строительства той камеры в сравнении с их теперешними небесными координатами.

– Так ты датировала пещеру?! – с ликованием воскликнула Пэт и затаила дыхание в ожидании ответа.

– Датировала.

– И это не подделка? – будничным голосом осведомился Йегер.

– Нет, разве что ваши предполагаемые шутники-горняки не были заодно и первоклассными астрономами.

– Макс, ради бога, не томи! – взмолилась Пэт. – Когда построили пещеру и вырезали надписи на стенах?

– Только должна предупредить, что дам оценку с точностью плюс-минус сто лет.

– Ну, если она старше ста лет, значит, это наверняка не розыгрыш.

– А “как вам понравится другая цифра... – Макс как будто нарочно выдержала томительную паузу, прежде чем закончить: – Например, девять тысяч лет?

– Что?!

– Я всего лишь хочу сказать, что вышеупомянутую пещеру вырезали в скальной толще гор Колорадо приблизительно в семь тысяч сотом году до нашей эры.

Самолет мог поднять девять пассажиров, но сейчас в салоне было пусто, если не считать привязанной к стойкам кресел охапки походного снаряжения.