Спрятав бутылку в рюкзак, Денис направился к скульптурному ансамблю. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это фонтан.

Повеяло свежестью.

Денис постоял немного у фонтана, вслушиваясь в тихое журчание воды, а потом двинулся к библиотеке.

В глубине портика оформилась резная дверь, при виде которой в голову полезли мысли о мавританском стиле. Пружина оказалась тугой. Переступив порог обители знаний, Денис невольно сжался в размерах. Работающий на полную катушку кондиционер гнал прохладу по гулкому вестибюлю. Внутри здание оказалось просторным, оно давило на посетителя своей монументальностью. Справа и слева высились стеллажи — которые, впрочем, не были заполнены даже на треть. Зрелище полупустых систем хранения создавало атмосферу легкого абсурда.

Он двинулся вперед — туда, где стояла лакированная кафедра орехового цвета. Справа и слева стройными шеренгами тянулись ряды столиков для читателей. Каждый столик был оборудован лампой с бирюзовым абажуром, а также парой мягких стульев. Впрочем, он был единственным читателем.

Кафедра оказалась пустой.

— Есть кто-нибудь? — произнес Денис, остановившись в шаге от произведения мебельного искусства.

Тишина.

— Доброе утро! — пришлось повысить голос.

Откуда-то сверху раздался звук шаркающих шагов.

— Не кричите, молодой человек.

С галереи, опоясывающей зал на уровне второго этажа, вниз спускалась пожилая женщина. Библиотекарша двигалась медленно, держась за гладкие деревянные перила. Денис пришел к выводу, что галерею достроили сравнительно недавно. Может, около пяти-шести лет назад, не больше. Вероятно, городские власти планировали до отказа забить внутреннее пространство библиотеки книгами, но не срослось.

Нина Игнатьевна приблизилась к кафедре, и Денис смог хорошенько ее рассмотреть. Женщина была не очень старой — около шестидесяти или даже пятидесяти пяти. Но выглядела библиотекарша так, словно ее здорово потрепала жизнь. Полностью седые волосы, собранные в пучок на затылке. Круглые линзы очков, пробуждающие воспоминания о Джоне Ленноне. Простое серое платье без претензий на фабричное производство. И трость, на которую женщина постоянно опиралась, прихрамывая на правую ногу. Лицо Нины Игнатьевны было усталым, но беззлобным.

— Извините, — сказал Денис. — Я думал, что никому не помешаю.

— Читателей у нас действительно немного, — слабо улыбнулась библиотекарша, усаживаясь на свой стул за кафедрой. — Вы первый за неделю, насколько я помню.

— Так все плохо?

— Фонд, — Нина Игнатьевна неопределенно махнула рукой. — Сами видите, читать тут особо нечего. С материка почти ничего не привозят. Есть довоенные электронные книги, но их мало.

Денис понимающе кивнул.

И тут его осенило:

— А книги из параллельного мира вас интересуют?

Нина Игнатьевна уставилась на посетителя.

— А есть?

Денис снова кивнул.

Глаза женщины загорелись.

— Так вы тот парень, что появился в Гавани несколько недель назад… Вас агентство перебросило, да?

— Верно. И закрыло дверь, ведущую обратно.

Женщина участливо посмотрела на визитера.

— Вам, наверное, неприятно об этом говорить.

— Ерунда, — Денис изобразил улыбку. — Мы уже свыклись с тем, что придется до конца дней прожить здесь. А книги… Если хотите, могу перебросить всю свою коллекцию на флешку и принести сюда.