Грохот утихал, кислую пороховую вонь быстро утащил горячий ветер и разогнал по пустыне. Мы с Владом медленно поднялись на ноги и осторожно выкарабкались из нашего хилого укрытия. Вертолеты уже беззвучно взбивали воздух лопастями, удаляясь от моста в ту сторону, откуда прилетели.

– М-да, – задумчиво произнес Влад, провожая глазами вертолеты. – Краска была, огонь снайперов был, газовая атака была, вертолеты были. Что на очереди? Танковый батальон? Не проще ли запустить сюда тактическую ракету?

– Очень целенаправленно ребята работали, – сказал я, выдергивая зубами занозу из ладони.

– А как иначе? Мою физиономию они запомнили. А тебя, естественно, они приняли за моего сообщника, коль стоял рядом и ухмылялся.

Я отрицательно покачал головой:

– Я не о том. Зачем надо было стрелять на поражение? Пусть мы террористы, но рядом с нами не было ни одного заложника, и мы – без оружия. Сверху этого нельзя было не заметить.

– Значит, дали команду – живыми не брать. По-моему, нам больше не стоит показываться на мосту вдвоем. Отсидимся вместе с бабами в вагоне, а придут власти – разберутся… Что это у тебя взгляд такой скептический?

Я не ответил. Мы подошли к тамбуру СВ. Возвышаясь над нами, на входе стояла Мила. Влад схватился за поручень, чтобы влезть в тамбур, но Мила бесцеремонно постучала носком туфли по его руке.

– Э-э, мадам! – округлил глаза Влад, глядя на руку, как на запятнанную честь. – Аккуратнее! Вы не одна в вагоне едете!

– Идите вон, – твердо сказала Мила. – Сюда я вас не пущу. Я хочу прожить то, что отпущено мне Богом.

– Ну и живите себе на здоровье, а у меня в этом вагоне имеется законно купленное место, – ответил Влад и снова взялся за поручень.

– Убирайтесь! – громче повторила Мила. – Вы что, не понимаете, что они будут стрелять по вас до тех пор, пока не убьют всех, меня и Лесю в том числе! Уходите куда-нибудь подальше!

Влад посмотрел на меня и заморгал.

– Какая наглость, да? Из собственного вагона вышвыривают.

– Они не будут стрелять по вагону, если не узнают, что мы находимся в нем, – сказал я и пристально посмотрел в глаза Милы. Это была проверка.

Мила сделала вид, что вообще не услышала моего аргумента.

– Мне стыдно за вас, – сказала она. – Если вы действительно считаете себя мужчинами, то не подвергайте риску двух женщин. С нас достаточно вертолетной атаки. Мы чудом остались живы.

– А мне показалось, что они вообще не стреляли по вагону, – сказал я. – Будто знали, что здесь женщины. Если мы спрячемся здесь, то стрельбы больше не будет.

– Ах, какой вы умный! – покачала головой Мила. – Все-то вы знаете! А не боитесь быстро состариться и умереть?

– Теперь нет, – ответил я и улыбнулся.

Мила прожигала меня своим змеиным взглядом. На ее завуалированную угрозу я ответил прозрачным намеком, и она пыталась расшифровать его. Бедняжка терзалась в сомнениях: блефую я или же в самом деле держу в руке козырную карту, которая легко накроет даже ее самый сильный ход.

– Черт с вами! – все решил Влад. Мой друг не мог упустить случая, чтобы еще раз не продемонстрировать, что он настоящий мужчина. – Вынесите наши вещи и… и… – Он почесал затылок, посмотрел на меня и подмигнул. – Раз пошла такая пьянка, режь последний огурец! Зачем добру пропадать, да, Кирюха? Прихватим с собой один ящичек Филина и загоним его институту Курчатова, правильно?

– Можете забрать оба, – криво усмехнулась Мила.