Дженни спала больше двух часов. Они не заметили, как она проснулась, ибо были погружены в романтический поцелуй — если только возможна романтика среди белого дня в таком людном месте. Их идиллия была прервана тонким голоском:

— Ага, целуетесь! — Вслед за чем раздалось долгое хихиканье.

Кэтрин погасила лампу, села на край кровати и натянула одеяло малышке на плечи. Долгий день был наполнен незабываемыми для девочки событиями. Когда они приплыли на пароме обратно в Тибурон, Скотт угостил их пиццей. Потом они вернулись к его дому, где Кэтрин оставила свою машину. Дженни зевала, но отчаянно боролась со сном, чтобы не пропустить ничего интересного.

В этот день чувство Кэтрин к Скотту еще более окрепло. Ее непрестанно тянуло к нему. Внезапно она оказалась окруженной тем, чего у нее никогда не было, о чем она и не мечтала, что невозможно было купить за деньги: умный душевный мужчина, само присутствие которого уже необыкновенно возбуждало ее; его заботливая мать, словно в замену ее собственной; ребенок, прелестная девчушка, которая по-настоящему нуждалась в ней.

Никогда за всю свою жизнь Кэтрин никому не была нужна. Только дедушке, он единственный болел за нее. Кэтрин молча сидела и смотрела на спящую малышку. Хоть бы сегодня обошлось без кошмаров. Она нежно поцеловала Дженни в щеку и вышла из комнаты.

Разбудил ее телефонный звонок. Она взглянула на часы — половина шестого. Дженни не проснулась. Кэтрин встряхнула головой, отгоняя обрывки сна — весьма эротического сна с участием Скотта. Она встала с постели и еще сиплым голосом проговорила в трубку:

— Алло.

— Мисс Фэрчайлд?

Мужской голос, но она не могла его узнать и окончательно проснулась.

— Кто говорит?

— Это сержант Кэсвелл. Ее охватила тревога.

— Да, сержант, чем могу быть полезна?

— Нам нужен кто-то для опознания…

— Опознания? — У нее сорвался голос.

— Да, Тома и Ванды. Они вернулись в пункт неотложной помощи, чтобы сделать перевязку. Наш патруль их засек, и они попытались удрать на мотоцикле. Случилась авария…

У нее перехватило дыхание, защемило сердце.

— Конечно, сержант. Сейчас я приеду. — Она опустила трубку и с минуту стояла неподвижно, не зная, что предпринять. Оставлять Дженни одну нельзя, а уж брать с собой тем более.

Она снова подняла трубку и набрала номер Скотта.

Потом оделась, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Дженни, сварила кофе и принялась расхаживать взад-вперед по кухне в ожидании Скотта. Он сразу согласился приехать и посидеть с Дженни. Но, казалось, прошла целая вечность, прежде чем она услышала урчание мотора и бросилась к двери.

— Линн! — Она посторонилась и пропустила в дом Скотта с матерью.

— Мама возьмет Дженни к себе и присмотрит пока за ней.

Умница Скотт, сразу во всем разобрался.

— Не тревожьтесь ни о чем. Утром я отвезу ее в центр. — Линн улыбнулась Кэтрин и обняла ее. Та еще не пришла в себя от удивления.

— Ну что ж…

— Мы едем вместе. Я не могу отпустить тебя туда одну. — Это был не вопрос — Скотт полностью взял командование на себя. — Покажи маме, где вещи Дженни.

За всю дорогу от морга Кэтрин не проронила ни слова. Они вместе вошли в дом и поднялись наверх. Она рухнула на диван и застыла в прострации. Он сел рядом, обхватил ее за плечи и успокаивающе прижал своими сильными руками к себе.