— Ребят, садитесь! — крикнула Олеся, — я угощаю!

— Сейчас Юки начнёт тираду о том, что он сам оплатил, — хохотнул Димон, когда мы сели на стулья.

Однако азиат прищурился, улыбнулся и поднял руки:

— Сдаюсь. Если девушка желает угостить, пусть угощает.

— То-то же! — Олеся рассмеялась и начала разливать напиток по кружкам. — Местный эль, представляете? Я раньше о таком только в книжках читала, а тут… Я как в сказке. У меня в душе всё поёт, я до сих пор не могу поверить, что всё это не сон.

— А еда? — улыбаясь, спросил я.

— Еда — жареное мясо какого-то зверя, — серьёзно сказал Димон и перешёл на шёпот:

— Я даже не спрашивал какого, такое ощущение, что лучше не знать.

Все четверо рассмеялись и принялись за еду. Лучник сбегал за хлебом. Я взял один ломоть, откусил и удовлетворённо кивнул — вкус оказался насыщенным, с лёгким налётом пряностей. Пока мы ели, я решил обратиться к Юке:

— Так что там с Токио? Ты упоминал проблемы, — спросил, отпивая эль.

Японец отложил хлеб и посмотрел на нас. Его лицо стало серьёзным:

— Думаю, сейчас неподходящее…

— Ой, да ладно, Юки. Все свои. Подходящего времени вообще никогда не будет. Расскажи уж, уважь, — беззлобно перебил Димка.

Азиат несколько секунд помолчал, потом кивнул:

— Это долгая история, расскажу вкратце. Раньше я являлся частью боевого клана Митиноши, очень серьёзного. Нам не чужды были традиции и кодекс чести. Мы редко сражались с другими группировками, лишь защищали свои территории, когда что-то шло не так. В основном, мы являлись армией императора. А потом, три года назад, что-то произошло, и я до сих пор не знаю, что именно. Против нас объединились несколько кланов и началась война. Император в один день лишил нас своей поддержки, и нас просто раздавили. Я выжил только волей случая — Титан ударил так, что снёс здание, и я оказался погребён заживо. Остальных вырезали. С тех пор я остался один.

Он замолчал, глядя в кружку. Олеся тихо ахнула, а Димон ошарашенно выпалил:

— Блин, Юки, это жёстко.

— Да уж, неожиданно, — с сочувствием протянул я:

— А что дальше?

— Я ушёл в тень. — продолжил японец и горько усмехнулся. — Как бы это нелепо не звучало, но устроился в «Макдоналдс» и жарил котлеты. Но всё это время мысль о возрождении клана Митиноши не отпускала меня. И теперь, с Авалоном, у меня есть шанс. Так что в Токио я занимался…разведкой.

Я с уважением кивнул. Юки всегда казался таким сдержанный и спокойным, а оказалось, что за этой маской скрывается бушующий зверь, жаждущий мести. Вот так сила духа.

— Но как ты собираешься возродить клан? — не поняла Олеся. — Если император отвернулся от клана Митиноши, значит всё это не просто так?

— Раньше я не задумывался об этом настолько детально. Это как навязчивая мысль. Поэтому, пока что, я просто… Изучаю возможности.

— Если что, обращайся, — уверенно сказал я. — Вряд ли, конечно, но вдруг сможем помочь со своей земли.

Юки слегка улыбнулся:

— Спасибо. Кстати, что скажете о привратнике?

— Он грубоват, — буркнул Димка и показал на свой фингал.

Когда японец узнал про бананы, случился первый раз, когда мы все услышали искренний, простой смех азиата. Он хохотал так долго и заразительно, что мы невольно смеялись следом.

Наконец, отсмеявшись, парень сказал:

— Да уж, а у вас нет подозрений, кто это мог бы быть?

— А у тебя что, есть? — встрепенулся я.

— Конечно, — кивнул Юки. — Я не уверен, всё это слишком для меня, но привратник крайне похож на Сунь Укуна.