Путь был свободен. Выскочивший с переднего пассажирского сиденья броневика мужчина открыл заднюю дверь «мерседеса» и сделал шаг назад, пропуская Аграновича. Сергей навел перекрестие прицела на проем, благодаря оптике находящийся от него так близко, что, казалось, стоит протянуть руку, и дотронешься до бесценной персоны указательным пальцем. Последний раз вздохнул и замер. Зря он опасался слишком острого угла. Все как по заказу. Лучше, чем в тридцатиметровом тире. Шанс мишени выжить – ноль. Как любили говорить в подобных случаях убеленные сединами, вечно улыбчивые фотографы начала двадцатого века: «Внимание, не моргать! Сейчас вылетит пти-и-ичка!»

Голова олигарха Аграновича, в юности огненно-рыжая, а сейчас светло-пепельная, с залысинами, появилась из глубины просторного салона броневика. Губернатор коснулся подошвами ботинок чавкающего сырого асфальта, вылез, выпрямился. Словно нарочно повернулся лицом к сидящему на чердаке Хирургу и – улыбнулся. Лежащий на спусковом крючке палец Рублевского совершил короткое движение. Тупорылая «птичка» в стальной оболочке вылетела из СВД со скоростью сверхзвукового истребителя и достигла цели менее чем за полсекунды, гильотиной срезав жертве полчерепа и забрызгав всех, стоящих в радиусе трех метров от рухнувшего Эдуарда Марковича, скользкими горячими ошметками перемешанных с кровью и костяной крошкой человеческих мозгов. Не самых глупых в этом мире, надо признать. Еще утром это серое вещество, по самым скромным оценкам журнала «Форбс», стоило больше, чем три миллиарда долларов. Легальных, ясный перец. А сколько в тени? Теперь оно не стоит ни гроша, превратившись в липкую уличную грязь на асфальте, которую, давясь от подкатывающей к горлу тошноты, после ви-зита легавых и оперативников ФСБ предстоит соскребать представительскому дворнику. Впрочем, это уже чужие проблемы. Как там у Уильяма, понимаешь, нашего, Шекспира: «Мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Прав классик. Время сваливать, причем как можно резче. Меньше, чем через минуту, когда пройдет шок, разом включатся десятки мобильных телефонов и весть о заказном убийстве Его Светлости удельного князя заполярного разлетится по всему Питеру и дальше – по городам и весям. Еще через три минуты здесь будет форменный сумасшедший дом. Словом, все, как всегда. Разве что с поправкой на масштаб канувшей в историю личности, валяющейся на тротуаре. Был олигарх – и нет олигарха. Все довольны, все танцуют Хорошая работа, товарищ майор.

Бросить оружие и скатиться по лестнице на первый этаж и далее – к подвальной двери заняло у Сергея не больше минуты. По сути, в данной ситуации путей отступления было всего два. Первый – через крышу в соседний подъезд. Но уходить этим маршрутом имело смысл лишь при наличии свободного доступа в одну из квартир, где можно было бы отсидеться несколько часов и переждать шухер, прежде чем покинуть здание. Потому как парадная второго подъезда, так же, как и того, откуда работал Рублевский, выходила на улицу прямо напротив здания представительства, а задняя дверь – в тупик глухого захламленного двора.