– Непременно. Когда такое было, чтобы Лева Меер лоханулся? До свидания, Владислав Александрович, – адвокат, в самом деле выглядевший больным, вяло пожал руку Невского и, подхватив портплед, вышел из кабинета, оставив Влада одного, в облаке табачного дыма, почти неподвижно повисшем между полом и потолком. Можно было включить вентиляцию, но удобно устроившемуся в кресле, по-ковбойски закинувшему ноги на стол Рэмбо было лень шевелиться. Сегодняшний день и его измотал порядком. Сначала бессонная ночь, затем истерика Светки и разбор полетов, хитрожопые журналисты, визиты фашиста Фюрера и ограбленного батюшки Иоанна, транзитный героин на миллионы баксов в случайно упавшем контейнере с хлопком и, наконец, весь этот бардак под названием день рождения. А как завершение – грядущая через четверть часа встреча с гонцом известной столичной корпорации, ворочающей сладкими нефтяными миллиардами. Интересно, что этим сытым волкам из первопрестольной понадобилось от него лично или от не столь уж крутой в масштабах России «НВК-системы»? Уж не деньги – это точно. У этих хватов в белых воротничках нет проблемы заработать. Как раз наоборот – бабла на «черном золоте» нарубили столько, особенно в последние пару лет топливного бума, что ищут, куда бы вложить, защитить от инфляции. Странно как-то все. Неправильно. Влада откровенно настораживал формат предстоящей встречи – срочный, окольный, почти конспиративный, без прямого звонка в офис и предварительной договоренности, а через приватные связи с его личным адвокатом. Стало быть, беседа предстоит весьма любопытная. Иначе к чему столько пурги?

Невский посмотрел на часы, вспомнил про Аллу, про аукцион в галерее «Арт-бутик» и набрал номер Жучка, известного на весь Питер еще с древних советских времен дельца от живописи, а ныне – уважаемого эксперта и коллекционера произведений искусства. По дороге от контейнерного терминала к дому Влад дал Жучку спецзадание, которое, судя по времени, уже должно быть выполнено.

– Вечер добрый, Мишанечка, – сказал Невский в ответ на короткое осторожное «алло». – Как там наши дела? Все на мази?

– Как доктор прописал, Владислав Александрович, – подтвердил Жучок. – Обе картины Рериха у меня. Это было нетрудно. Правда, как я и предупреждал, пришлось… э-э… слегка переплатить.

– «Слегка», это сколько? – ухмыльнулся Рэмбо.

– Триста за первую, четыреста за вторую, – сообщил Жучок. – Плюс, как договаривались, пять процентов моих комиссионных. Итого семьсот тридцать пять тысяч вечнозеленых американских рублей. Крайний срок оплаты – понедельник, двенадцать ноль-ноль. Свою долю я возьму позже, наличными. Реквизиты счета в латвийском банке, на который необходимо перевести деньги, я отправил вам по электронной почте. Как только придет подтверждение перевода, картины под охраной доставят по любому адресу, в пределах России.

– Хорошо, – сделав затяжку, с отвращением посмотрев на коллекционную мексиканскую трубку – от постоянного курева уже сушило в горле, – проговорил Влад. – Я переведу бабки прямо сейчас, через Интернет. Спасибо, Жучок. Пока…

Итак, сюрприз для любимой женщины, да еще какой, был готов. Сегодня, убрав звук на телефонах, Невский специально не отвечал на многочисленные звонки Аллы. Пусть поволнуется, это иногда полезно. В понедельник утром, когда Алла сообщит о своем решении выйти за него замуж – а в том, что решение будет положительным, Влад не сомневался – она узнает, что не какой-то незнакомый толстосум, которого она видела на аукционе, а она сама стала счастливой обладательницей двух подлинных работ кисти любимого художника.