– У меня нет банковского счета. Монти был ошарашен.

– Я не доверяю банку. Особенно после того, что он сделал со мной. И этот жалкий банкиришка еще сказал мне, что не удивится, если и другие кредиторы придут требовать возврата долгов, о которых я и не подозревала.

– Но какое отношение все это имеет к…

– Как же я могла доверить деньги такому банкиру, который мог бы запросто отдать их любому, кто потребует вернуть долг? Мне показалось, что он был бы счастлив, увидев меня нищей.

– И что ты сделала?

– Спрятала их.

– Великолепно! Где же они? Под кустом, который остался на юге Техаса?

– Нет, я не зарывала их, они не на юге Техаса. Айрис с отчаянием подумала, что, вероятно, она никогда не научится получать одобрение Монти. Неужели он не осознает, что обращается с ней еще хуже, чем Джордж обращался с ним?!

– В походном фургоне есть секретное отделение. Мать обычно прятала там драгоценности.

– Так значит, когда ты хотела побыть одна…

– Да, я доставала оттуда деньги.

– И положила их в сумки?

– Они уже не в сумках, – созналась девушка. – Но я хочу, чтобы все думали, что они там.

– Одно из двух: или я слишком много работаю и просто одурел уже, или меня настиг солнечный удар, – растерянно произнес Монти, – но я ничего не понимаю.

– Деньги находятся в поясе на моей талии, – призналась, наконец, Айрис, – не я не хочу, чтобы об этом кто-нибудь знал.

– Ты хочешь сказать, что все свое состояние, от которого зависит твоя судьба, ты носишь с собой и свободно ездишь по дикой прерии?

– Честно говоря, там не так уж и много – всего около трех тысяч долларов.

Монти был поражен до глубины души.

– Неужели ты не понимаешь, какая опасность тебе грозит? Да любой из уволенных мной за три тысячи долларов свободно убьет тебя и бросит тело в реку.

– Но у меня не было другого выхода.

– Уверен, что был. Но сейчас об этом поздно говорить. Что ты хочешь просить меня сделать?

– Я хочу отдать тебе деньги, чтобы ты расплатился с моими людьми сам.

– Тогда все решат, что я везу с собой несметные сокровища и начнут охотиться за мной.

– Все знают, что ты богат, поэтому ничего не подумают.

– Подумают, еще как подумают. Хотя, пожалуй, шестинедельное жалование не такая уж большая сумма, чтобы вызвать чрезмерное любопытство. Во всяком случае такое, какое бы могло возникнуть к сумме в десять раз большей. Да, лучше будет если ты отдашь деньги мне. Я сохраню их до того времени, пока ты не сможешь положить их в банк.

Монти протянул руку, но Айрис непроизвольно шагнула в сторону.

Монти как будто получил пощечину.

– Ты что, не доверяешь мне?

– Конечно, доверяю. Я доверила бы тебе даже свою жизнь.

– Но не доверяешь деньги!

– Ты не так меня понял. Не знаю, смогу ли я все объяснить.

– Попробуй! – Это была не просьба, а приказ.

– Стадо и деньги – это все, что у меня есть. У меня не хватает слов, чтобы объяснить тебе, насколько я боюсь потерять и то и другое. Я не хочу терять из виду ни скот, ни деньги, так мне спокойнее. Поэтому я отказывалась нанять гуртовщика. Именно поэтому я не могу никому отдать деньги. Даже тебе.

– И таким образом хочешь дать понять, что деньги не у тебя, а у меня, поставить меня под удар, а самой хранить свое сокровище?

– Кажется, я и так уже сделала достаточно, чтобы поставить тебя под удар, не так ли?

– Что верно, то верно.