Но этих долгих шести дней оказалось достаточно, чтобы понять, что они с Айрис не подходят друг другу. В тот момент, когда Монти начал думать о женитьбе, он сразу же осознал, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Айрис не могла быть такой женой, которая ему нужна, да и он, в свою очередь, не стал бы ей подходящим мужем. Независимо от того, жили бы они на уединенном ранчо в Вайоминге или в огромном доме в Сан-Луисе. Не прошло бы и года, как они стали бы ненавидеть друг друга.

И все же он по-прежнему не хотел терять Айрис. Монти снова и снова возвращался к принятому решению, обдумывая все за и против, ища какой-то другой выход. Но каждый раз приходил к одному и тому же выводу. У них нет ничего общего, кроме неуравновешенных характеров и невероятного упрямства. Монти был так же не приспособлен к роли мужа и отца, как Айрис к роли жены и матери.

Но решение отказаться от Айрис было самым трудным в его жизни. Когда он отправлял ее в Додж, то смутно желал в любом случае быть рядом с ней.

Но освободившись на несколько дней от ее одурманивающего присутствия, Монти понял, что это невозможно. Он осознал, что слишком сильно любил девушку, чтобы позволить их отношениям прийти к печальному концу ненависти. И если разрыв неизбежен, то пусть он произойдет сейчас.

– Ты собираешься отпустить ее одну? – спросил Хен.

– Да. Трудная часть пути уже позади. Она может нанять людей в Додже, а Карлос позаботится о стаде до Вайоминга.

Он по-прежнему будет думать о ней и переживать за нее, но не стоило откладывать расставание – это лишь усилит боль, но ничего не изменит.

– Ну да, а ты будешь следовать за ней по пятам.

– Ошибаешься. Я не еду дальше с вами. Хен открыл рот от удивления.

– Здесь всегда кто-нибудь продает скот. Я хочу купить стадо и основать собственное ранчо.

– А как же ранчо в Секл-Севен?

– Вокруг него достаточно обширных пастбищ. Я буду находиться поблизости и смогу управлять обоими ранчо. Но как только дела пойдут на лад, Джорджу придется нанять упраавляющего для Секл-Севен.

Хен улыбнулся.

– Так значит, наконец, решился? Захотелось свободы.

Монти немного смутился.

– Можно и так сказать. Айрис помогла мне осознать, что ни Джордж, ни кто-нибудь другой не смогут устроить мою жизнь, – ответил, помрачнев, юноша. – Я без устали говорил, что Рандольфов не интересует чужое мнение, а сейчас сам оказался именно таким человеском который, как никто другой, болезненно реагирует на мнение окружающих. Но как только я понял это, я тут же понял, что так не может продолжаться. Я, несмотря на то, что оказалось столько проблем, все же сумел пригнать стадо сюда, к Доджу. И неважно, один я привел стадо или с чьей-то помощью. Важно, что дело сделано, я справился с задачей. А теперь пришла пора заняться своей собственной жизнью.

– А как же Айрис?

– Что Айрис?

– Но ты же любишь ее?

– Люблю.

– Так когда же ты собираешься сделать ей предложение?

– Никогда. Из этого не получится ничего хорошего.

– Ошибаешься.

– Черт бы побрал тебя, Хен! Что ты говоришь? Сначала ты бесился, что я, по твоему мнению, уделяю ей слишком много внимания. Теперь говоришь, что я совершу ошибку, если не женюсь на ней. Где же смысл?

Хен оставался спокоен.

– Сначала она мне не понравилась, показалась глупой и эгоистичной особой. Но она изменилась. Хотя какая разница, изменилась она или нет?! Ты любишь ее и не сможешь без нее. Ты никогда не прислушивался к здравому смыслу. Думаю, не сумеешь и сейчас.

Монти криво усмехнулся.

– Что ж, будем надеяться, что сумею. Ведь я иду на это только ради нее.