Баська бросила.

– Просто свинство какое-то, – заявила она с горечью. – Четверки у меня уже есть, а такую пару я не хочу. Пусть будет единица.

– Тогда у тебя уже минус шесть, – предупредил Тадеуш.

– На чем-нибудь отыграю. Иоанна, твоя очередь.

Я бросила. На результат смотрела с отвращением.

– Единица. Одна.

Тадеуш снова старательно отложил ручку, которая тут же покатилась и упала на пол.

– А что, на тебя земное притяжение действует как-то сильней, да? – заинтересовалась Баська.

– Ручек у меня тоже несколько штук, – успокоила я их, – а если что, из-под дивана можно вымести. Это только шкаф такой неудобный.

– Вот она, – сообщил Тадеуш, вылезая из-под стола, и положил ручку на то же самое место, на полочку под настольной лампой. И едва успел ее поймать, прежде чем она долетела до пола. Подозрительно оглядел полочку, положил ручку чуть по-другому и снова успел ее поймать.

– Кто-нибудь мог бы у него ее отобрать и подержать в руках, пока он не бросит? – вежливо осведомилась Ева.

Павел, сидящий ближе всего, выполнил ее желание и поймал вновь падающую шариковую ручку раньше Тадеуша. Тадеуш не пытался у него ее отнимать.

– Я подумал, что человек может преодолеть законы физики, – оправдывался он. – Ну ладно, кто бросает?

– Ты.

– А, я…

Он бросил.

– Две двойки, три, четыре, шесть… Запишу двойки. Есть чем?

– Есть.

Павел отдал ему ручку и, ворча под нос, велел записать себе две тройки. У него стало минус 7. Отыграть столько было уже нелегко. Ева выбросила две шестерки, единицу, тройку и четверку и задумалась.

– И зачем я записала пару из пятерок?… Единица?… Нет. Брошу еще раз.

– На что? – заинтересовался Тадеуш.

– А твое какое дело? Что выйдет, то и будет.

Она отложила на край стола две шестерки, бросила и получила третью.

– Троечку, пожалуйста. И еще одна ограда у меня сохранилась.

Баська собрала кости, Павел расставил руки с одной стороны стола, я – с другой, Ева вдруг вскочила, схватила с кресла покрывало, торопливо скатала его и воткнула под книжный шкаф.

– Можно? – спросила она меня. – Так будет безопасней.

Баська удовлетворенно кивнула, используя это время на то, чтобы потрясти кости.

– Единственный умный человек, – похвалила она и бросила. Некоторое время она разглядывала, что получилось. – Все видят, что выпало ужасное свинство. Я не хочу больше минусов. Сколько у меня оград?

– Четыре.

– Тогда я снова бросаю.

Оставила одну шестерку и бросила. Выпали две единицы, тройка и четверка.

– Зараза, – прокомментировала она себе под нос и бросила в третий раз. Вышли две двойки, четверка и шестерка.

– У тебя две пары, на всякий случай, – заметил Павел.

– Не хочу. Если уж терять, так было бы за что. Четыре ограды, ты сказал? Можете считать.

– Первая! – сказали мы хором. Две единицы и четверка. – Вторая!… Есть третья шестерка…

– Ну и что из этого? Может, я хочу больше?

– Третья… Четвертая! Конец!

– Запиши мне тройку из шестерок. Оград у меня больше нет. Представляю себе, как я все это отыгрывать буду!

Я бросила. Вышло что-то отвратное. Две четверки, единица, пятерка и двойка. Это меня рассердило.

– Пару запиши мне. На четверках.

– Я бы покидал до малого стрита, – предложил Павел. – У тебя только тройки не хватает.

– Ага, так я и разбежалась терять ограды на этого поганца. Сам выскочит или вообще не выйдет.