– Сомерхарт?

Харт поднялся навстречу хозяину и пожал протянутую руку, хотя ему скорее хотелось ударить его. Он знал, что виконт не сделал ничего плохого, но разбитый нос мог бы принести Харту удовлетворение. И все же он удержался от подобного искушения.

Ланкастер вопросительно приподнял ровную бровь.

– Я могу быть вам чем-то полезен?

– Возможно. Вы знаете, что леди Денмор внезапно покинула город?

Лицо виконта мгновенно потемнело.

– Да. Я слышал об этом.

Харт выдержал его взгляд, его собственные глаза смотрели холодно.

– Вы говорили с ней до ее отъезда?

– Нет.

– Я спрашиваю, потому что между вами были какие-то отношения.

Ланкастер, соглашаясь, наклонил светловолосую голову.

– Дружеские, ничего больше.

– Да. Я знаю.

В его глазах на мгновение промелькнуло удивление, и Харт подумал, что это странно для мужчины – быть столь неуверенным в существовании женской добродетели.

Ланкастер пожал плечами:

– Время от времени мы совершали совместные прогулки, но я ничего не знаю о ее личной жизни. Мне казалось, это ваша территория, Сомерхарт. Почему вы решили, что я могу что-то знать?

– Не играйте со мной в эти игры, Ланкастер. Я не настолько обезоружен вашими чарами, как другие.

Их взгляды скрестились. Десять секунд прошло, и лицо Ланкастера потемнело, а глаза зажглись холодным огнем. Выражение его лица сейчас было настолько жестким, что Харт и представить не мог. Оказывается, он вовсе не легкомысленный дамский угодник.

– Чего вы хотите? – наконец спросил он.

– Я хочу знать, где она.

– Представления не имею.

– Вы не знали о ее планах? Почему?

– Это не имеет к вам никакого отношения.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, что она была в Лондоне по особой причине.

– А вы не могли бы уточнить, что это за причина?

Обаятельная улыбка моментально ожила на лице Ланкастера.

– Почему же? Презренный металл, конечно. Не так уж трудно догадаться.

– Но она не воровка! – воскликнул Харт более убежденно, чем чувствовал.

– Да. Она честно зарабатывала свой хлеб за игорными столами, хотя… Я предполагаю, вы думаете, что ее честность этим и ограничивалась?

Значит, не один он понял, что она лгунья. Но все равно. Сезон только начинается. И ответ на то письмо, что он послал утром, придет не скоро. Хотя он уже знал, что ему не очень нужен ответ.

– Она не леди Денмор, – пробормотал Харт, и слова отозвались болью в его сердце. Он открыл ей свою душу, шептал такие вещи, о которых даже не смел думать долгое время, а она, оказывается, нечто совсем иное, чем он себе представлял.

– Я думаю, это вполне вероятно.

Его злость, которую ему удавалось скрывать в эти дни, вышла на поверхность, как бьющая ключом кровь.

– Почему вы так легко верите в это?

Ланкастер пожал плечами:

– Не легко. Просто это было очевидно. Хотя Эмма не цыганка, замаскированная под леди.

Эмма. Звук его голоса, произнесшего ее имя… О, это резало ухо.

– Что еще вам известно?

– Ничего. Ничего, что я мог бы сообщить мужчине, который собирается свести счеты с женщиной.

Негодяй.

– Вы могли бы поплатиться за подобное оскорбление. Но я не желаю объясняться с вами.

– Это нетрудно разглядеть, – ответил Ланкастер, его глаза смотрели с обидой.