|
Тишина была такой, что заставила меня оглянуться через плечо и обследовать взглядом галерею второго этажа. Никого не было видно. Тени висели между карнизами, как паутина. Широкие, покрытые ковром, коридоры уходили от каждой стороны стойки в мрачные глубины отеля. Я подождала в молчании. Никто не появился. Я огляделась, повернувшись на сто восемьдесят градусов. Время что-нибудь разнюхать.
Легко и небрежно я зашагала по коридору направо, не производя никакого шума на толстом ковровом покрытии. В середине коридора стеклянные двери открывались в полукруглую столовую, с деревянным полом, дубовыми круглыми столами и стульями с плетеными спинками. Я подошла к окну в дальнем конце комнаты. Сквозь неровности старого стекла увидела, что теннесисты покинули корт и идут в мою сторону. Слева была деревянная дверь.
Я подошла на цыпочках и заглянула в кухню отеля. Тусклый свет из окон поблескивал на стальном столе. Стальные приборы, хром, старый линолеум. Тяжелая белая посуда стояла на полках. Кухня могла быть экспонатом музея — возвращение стиля модерн, кухня будущего, приблизительно, 1966. Я вернулась в коридор. Бормотание голосов.
Я скользнула в треугольник, образованный дверью в столовую и стеной. Через щель дверной петли я видела, как вошла миссис Дюнн в теннисной одежде, с ракеткой подмышкой. Ее ноги напоминали пару дорических колонн, увенчанных краями трусов, которые неприлично торчали из-под оборки короткой юбки. Варикозная вена обвивалась вокруг одной икры, как виноградная лоза. Ни одна прядь ее светло-блондинистых волос не растрепалась. Я сделала вывод, что ее компаньоном был муж, доктор Дюнн.
Они ушли, их голоса удалились. У доктора я запомнила только кудрявые белые волосы, розовую кожу и тучность.
Как только они исчезли из вида, я выскользнула из своего убежища и вернулась в вестибюль.
Жкенщина в ярко-оранжевом пиджаке теперь стояла за регистрационной стойкой. Она увидела, как я выхожу из коридора, но, видимо, была слишком хорошо вышколена, чтобы спрашивать, что я там делала.
— Я просто немножко осмотрелась, — заявила я. — Может быть, захочу зарезервировать комнату.
— Отель закрыт на ремонт на три месяца. Мы снова откроемся первого апреля.
— У вас есть брошюра?
— Конечно.
Она достала брошюру из-под стойки. Ей было тридцать с небольшим, наверное, у нее был диплом отельного менеджера, и она, без сомнения, размышляла, не теряет ли зря время в месте, пахнущем как грязное помойное ведро.
Я взглянула на брошюру, она была такой же, как я видела в мотеле.
— Доктор Дюнн здесь? Я бы хотела с ним поговорить.
— Он только что пришел с теннисного корта. Вы должны были встретиться с ним в холле.
Я покачала головой.
— Я никого не видела.
— Минутку. Я позвоню.
Она сняла трубку внутреннего телефона и повернулась ко мне спиной, так что я не смогла прочесть по губам, что она бормотала кому-то на том конце. Она положила трубку.
— Миссис Дюнн сейчас придет.
— Прекрасно. Ой, у вас здесь есть поблизости туалет?
Она указала на коридор слева от стойки.
— Вторая дверь.
— Я сейчас вернусь.
Я не была полностью искренней. Скрывшись из вида, я быстро прошла в конец коридора, где он встречался с другим коридором, с административными офисами по обе стороны. Они все были пусты, кроме одного. Красивая вывеска утверждала, что это офис доктора Дюнна.
Я вошла. Казалось, его там не было, но на стуле лежала влажная теннисная одежда и я слышала шум душа за дверью с надписью «Не входить».
В ожидании я поинтересовалась бумагами на его столе, но не нашла ничего интересного.
Шкафы с папками были закрыты. Я надеялась заглянуть в ящики стола, но боялась спугнуть удачу. |