Сидя в этом углу, прижимаясь спиной к ледяной стене, и обнимая свои дрожащие колени, я думала о том, что если еще раз увижу Сергея – я не буду бояться. Я скажу ему, что он мне ближе и дороже любого, и самого любимого дяди. Обязательно скажу. Потому что именно теперь, не зная, что со мной будет дальше, осознала – думаю о нем. Даже когда так страшно. Когда непонятно, что хотят от меня эти люди. Я думала о Сергее. И не только как о человеке, который может меня спасти.

Входная дверь хлопнула, отрывая меня от сумбурных мыслей и, похоже, необоснованных надежд. В комнату, где сидела я и один из этих мужчин, зашел тот самый Малый. Он остановился на пороге, обвел небольшое помещение взглядом через злой прищур. Сплюнул прямо себе под ноги и пошел к окну, на ходу прикуривая.

- Ну? – тот, который меня охранял, повернулся всем корпусом, глядя на лицо Малого.

- Баранки гну, - огрызнулся Малый в ответ. – Будем сейчас звонить Волчаре, «радовать», что мы о его племяшке позаботимся. Посмотрим, как он тогда у нас запоет. Думаю, он уже заметил, что девчонка пропала.

Малый хмыкнул и выдохнул дым. Мой охранник что-то не очень обрадовался этой новости. Да и второй, тот, который до этого ходил по коридору, а сейчас с порога комнаты следил за разговором, счастливым не казался.

К тому же, они все глянули в мою сторону. Я же уставилась на носки своих ботинок и делала вид, что ничего не слышу, и никого не вижу. И ничего не понимаю. Впрочем, последнее было правдой. Понимала я мало. Хотя не могла не заметить, что кроме меня тут больше никого нет. А я как раз и была «племянницей». Но почему «Волчара»? Это кличка, что ли? Откуда? Хотя… в памяти всплыла татуировка, которую еще совсем недавно мне так сильно хотелось рассмотреть. Там был волк.

Правда, мне совершенно было непонятно, какие дела могли иметь место между Сергеем и этими людьми. Может, это тот самый «рэкет», про который столько говорили, когда я еще была маленькой? Может, они «наехали» на бизнес Сергея, а он не согласился им платить? И теперь они меня выкрали?

- А он точно клюнет? – с явно слышимым сомнением переспросил тот, что так и стоял в дверях.

- Клюнет. – Малый хохотнул. – Волчара семьей дорожит. А нашими стараниями, вся его семья теперь – вот эта девка, - он махнул рукой с дымящимся окурком в мою сторону. – Так что он теперь у нас станет ручной. И на многое согласится, чтобы жизнь малявки выторговать. Жаль, что Сашок такой упертый оказался. – Малый скривился и затушил сигарету, бросив окурок прямо на пол, наступил ногой. – Могли бы неплохо с ним дела закрутить, порешив Волчару. Так нет, и он туда же: «я брата не предам». Ну чего уж, сам выбрал. Вся его семья и поплатилась. Я, правда, по-первой, жалел, что этой с ними не было, - он кивнул в мою сторону. – Но теперь, так даже лучше. Теперь мы Волчару в землю закопаем с ее помощью. И ни хрена он нам не сделает. А то зарвался. Слишком много под себя подгреб.

Я так себя странно чувствовала. Даже слов подобрать не могу. Не знаю, может из-за того, что так замерзла и сознание отметало все лишнее, но я вдруг очень четко поняла то, о чем этот человек говорил. Зачем он откровенничал? Это мне не было понятно, может, хотел окончательно меня запугать.

А мне и было страшно. Ничуть не меньше, чем полчаса назад. Но и как-то многое ясно стало. Не осознанно, без принятия всех этих слов пока. Будто в мой разум кто-то вкладывал информацию, которую я еще не была в состоянии переосмыслить и внутренне принять. Но и не услышать – оказалась не в силах.

Мои родители и Лешка не погибли в аварии. Сергей обманул. Их убили. Убили вот эти люди. Зачем? Это я не очень поняла. Наверное, не настолько уж законный бизнес нашей семьи, если этот Малый предлагал отцу с ним какие-то дела решать.