— Весьма недурно, — попробовав вегетарианское блюдо по эльфийскому рецепту, высказалась Фиалантаэлла. — Пожалуй, лучшее исполнение на моей памяти.

— Благодарю за столь высокую оценку, княжна, — уважительно склонив голову, ответил я.

Император тоже осторожно попробовал и постарался остаться безучастным, но по его расширившимся от удивления зрачкам я понял, что и он остался под сильным впечатлением. Вот и отлично. Сытые люди более благосклонны, это непреложный закон, что работает в любом мире. Ну а если еда приготовлена опытнейшим поваром, то настроение едоков неуклонно взлетит до небес.

— Пришло время нам с тобой поговорить, граф, — отложив приборы, проговорил император, и все разговоры мгновенно стихли.

— Подожди, Миша, — попросила Великая княжна. — Позволь вначале мне сказать несколько слов. Эльфы в долгу перед тобой, граф Белов. Я вижу, что парень ты умный и весьма талантливый. И как это тебя не заметили раньше? — короткий взгляд на императора. Тот так же еле заметно пожал плечами, мол, сам понимаю, недоработка. — Не уверена, что мы бы смогли вызволить Вейлиэтту из плена. Уж слишком большая сила оказалась в руках её брата.

— Он пользуется запретной магией, — влезла с комментарием принцесса. — Мы видели дневник, где описываются страшные ритуалы, которые позволяют усилить одного мага за счёт других.

Лица всех собравшихся тут же помрачнели, а по залу начала распространяться давящая аура сильных одарённых.

— Мы обязательно поговорим с тобой на эту тему, — ответила княжна. — Сейчас я хочу решить вопрос с наградой графа.

— Я отправлялся на помощь не ради награды, — пожал плечами я. — Моя подруга оказалась в сложной ситуации, и мне по силам было ей помочь. Для друзей я готов пойти на многое. Всё, что мне надо, я могу добыть сам. Не сочтите за дерзость или неуважение, но мне ничего не надо ни от уважаемой Великой княжны, ни от не менее уважаемого императора. Есть только одна просьба. Можно сделать так, чтобы баронесса Снегирёва получила статус совершеннолетней, а вместе с ним и возможность изменить свою судьбу? Она не хочет выходить замуж за княжича Успенского. Я вообще не понимаю этой традиции — насильно выдавать замуж по велению главы рода. На мой взгляд, давно пора отказаться от этого архаичного закона.

Сказать, что сильные мира сего были в шоке, — это ничего не сказать. Их, наверное, можно понять, наверняка же они привыкли к вечной жажде власти и наживы окружающих придворных подхалимов и аристократов разного калибра, пытающихся откусить от монархии кусочек пожирнее. Я ведь мог потребовать практически всё что угодно, но мне действительно ничего не надо. Я привык всего добиваться сам. Дадут — отказываться не буду, но просить, тем более за помощь другу, нет уж, увольте, это не в моих правилах.

— Так как я буду жить в этом замке, — прервала гнетущую тишину Виалета, — считаю целесообразным защитить земли графа Белова. Великий лес по периметру и три корпуса рейнджеров станут достойной наградой.

— И кто же тебе сказал, что ты будешь жить в этом замке? — нахмурился император.

— А кто мне запретит это сделать? — в тон отцу ответила Вейлиэтта. — Я уже сказала тебе, что стала взрослой. Единственная, кто может мне запретить что-либо, — моя княжна, но бабушка никогда не пойдёт на принуждение, потому как если она это сделает, то лишит народ эльфов величайшей правительницы за всю историю. Я видела это бабушка. Как ты и говорила. Сразу после зачатия я потянулась к линиям судьбы и видела будущее своей дочери. Нашей с Андреем дочери. И если вы меня заберёте из этого дома, то это будущее так и останется видением. Так же как если надавите на графа и попытаетесь прогнуть его под себя. У Андрея свой, не менее великий путь, и моя судьба — до поры до времени находиться рядом с ним.