— Что?!

— Выстрелом в затылок. Дэни побелела.

— Ты с ума сошел?!

Дин достал большой канцелярский конверт.

— Здесь все написано, черным по белому. Сама прочти.

— Я… я не понимаю, о чем ты.

— Когда прочтешь эти вырезки, все поймешь. Его действительно оправдали, но только благодаря влиятельным адвокатам — за которых, кстати, заплатил его босс из нью—йоркской мафии. — Пауза. — Дэни, мне жаль тебе это говорить, но слишком многое свидетельствует о том, что убийца — он.

— О господи… — Дэни была на грани обморока.

— Если бы у этого человека были к тебе настоящие чувства, он бы тебе сам все давно рассказал.

— Я… я думала, он от меня ничего не скрывает…

— Давно ты с ним встречаешься?

— Три месяца.

— И за три месяца он не нашел случая поведать тебе об этой истории? Что-то подозрительно, тебе не кажется?

— Ты… ты его не знаешь! Он…

— Что — он? Если верить газетам, он киллер мафиозной группировки, и он застрелил в затылок девушку, с которой жил, потому что она встречалась с другим. А ведь это была мать его ребенка. И с таким человеком ты хочешь связать свою жизнь?

— Давай твои вырезки, и пошли отсюда, — попросила Дэни. Она вдруг почувствовала, что ей не хватает воздуха.

— Я отвезу тебя домой.

— Не утруждайся, — сказала Дэни и поднялась. — Я возьму такси.

— Дэни, эти справки я навел только ради твоего блага!

— Это ты называешь моим благом? — На глаза ее навернулись слезы. — Как ты не понимаешь? Я же его люблю!

— Тебе решать, — сказал Дин, провожая ее на улицу. — Я тебя только об одном прошу: подумай о сыне. Его интересы превыше всего. Винсент — твое главное богатство, Дэни. Не подвергай его и себя опасности.

ГЛАВА 39

МАЙКЛ. 1982

— Где твоя мама? — спросила Джеми, светловолосая миловидная девочка одиннадцати лет.

— Спит, — ответила Мэдисон. Ей тоже было одиннадцать, она была долговязая, с длинными черными волосами и пытливыми глазами. — Она все время спит.

— Почему?

— Не знаю, — отмахнулась та.

— Слушай, а если я еще побуду, нам разрешат смотреть «Ремингтона Стала»? Я Броснана обожаю, особенно в этом сериале.

— Можем смотреть все, что захотим, — небрежно бросила Мэдисон. — Папа в отъезде, а маме все равно, что я смотрю.

— Везет тебе! — позавидовала Джеми.

— Это точно, — поддакнула Мэдисон, хотя частенько мечтала, чтобы мама уделяла ей побольше внимания.

— Меня мать достала, — заявила Джеми. — Вообще меня к телику не подпускает.

— Жуть какая! — посочувствовала Мэдисон.

— И не говори. Она считает, я до сих пор в куклы должна играть. Не понимает, что ль, мне с мальчиками намного интереснее.

— А по-моему, они все противные, — заметила Мэдисон и скорчила гримасу. — Особенно из нашей школы.

— А когда твой отец придет? — спросила Джеми, налегая на еще теплое шоколадное печенье.

— Надеюсь, что скоро, — ответила Мэдисон. — Он мне всегда приносит кучу подарков.

— Вот я и говорю, — с завистью произнесла Джеми, — ты самая везучая девчонка из всех, кого я знаю.