Не говоря больше ни слова, Майкл повернулся и зашагал по улице. Останься он еще хоть на миг — за безопасность Кощея трудно было бы поручиться.

Дома он застал Бет на кровати. Она красила ногти на ногах серебристым лаком, из нового стереомагнитофона, который ей подарил Майкл, ревели «Роллинг стоунз».

— Что случилось? — бодро окликнула она, раскачиваясь в такт «Сатисфэкшен».

— Ничего особенного, не беспокойся, — ответил Майкл и прошел в ванную.

— А я и не говорю, что беспокоюсь! — прокричала она вслед, перекрывая Мика Джаггера. — Классная песня, а? Обожаю Мика! А ты?

Майкл бессмысленным взглядом уставился в зеркало. Ему срочно требовалось с кем—то поделиться, но Бет была слишком молода, чтобы нагружать ее такой скорбной информацией. Он спустился на кухню, достал из холодильника пиво, сел за стол и стал думать, не позвонить ли Максу. Но Макс с самого начала не одобрял его общение с семейством Джованни, да и сейчас был недоволен его образом жизни.

— Теперь ты связался с новым гангстером, — говорил он. — Мало тебе пяти лет за решеткой? Хочешь еще? Ты этого добиваешься?

— Ты всякого, кто носит итальянскую фамилию, готов причислить к мафии, — возражал Майкл. — Сколько тебе раз объяснять? Данте Луччезе — бизнесмен.

— И чем же он занимается?

— Переработкой отходов.

Макс лишь закатил глаза.

Стало быть, с Максом лучше не делиться. Чарли тоже рассказывать не станешь, тот теперь, как обзавелся новой ногой, стал трудиться в банке и вполне преуспевает. А кроме того, лучше не давать никому повода отговорить его от того, что он уже твердо решил сделать.

Мерзавец Рой фактически лишил Майкла детства, оставив его без матери, да, в сущности, и без отца. Внутри его, как лава в жерле вулкана, вскипала слепая ярость. Он начинал понимать, что все эти годы ждал возможности отомстить за мать. Теперь, когда он узнал правду, ждать больше нечего. Пора действовать.

Они заплатят. Все, как один.

И заплатят очень скоро.

Судя по всему, Мейми получила с Вито хорошего отступного, потому что поселилась в квартире на Парк-авеню, да еще и вместе с Роем. Она вообще обладала незаурядной плавучестью — наняла лучшего в городе адвоката по разводам и пригрозила поведать миру о кое-каких делишках Вито, если он не положит ей солидного содержания. А пока Мейми с ошеломляющей быстротой тратила денежки своего, почти уже бывшего, мужа и не стеснялась воплощать любые свои прихоти, в том числе и сексуального плана.

Майкл занялся изучением планировки дома, где она теперь жила, и отслеживанием всех ее передвижений. Он принимал все меры предосторожности, чтобы не выдать себя. Очень скоро он установил, что Мейми держит двух собак — избалованных белых пудельков. Их три раза в день выгуливали разные люди. Первая прогулка, рано поутру, была возложена на консьержа. В обед Мейми выходила с собачками сама. А вечером это была обязанность Роя.

Через две недели после откровений Кощея Майкл наконец созрел для действий. Пора.

В тот вечер он ждал в парке, укрывшись за деревом, на середине маршрута, по которому Рой обычно выгуливал собачек. Вечер выдался холодный и мрачный, в парке было безлюдно — как раз то, что нужно.

Майкл вспоминал Хронометра и все, чему его успел научить киллер из банды Вито Джованни. Наконец это могло ему пригодиться.

В ожидании он переминался с ноги на ногу, чтобы не закоченеть. Ему вдруг вспомнилась Бет, ее соблазнительная улыбка. И его сокровище — Мэдисон. Он любил их обеих. Дороже их у него никого не было.

Минут через двадцать он увидел Роя. Дождавшись, когда тот приблизится, Майкл вышел из—за дерева и окликнул его.

— Привет, Рой, — миролюбиво сказал он.