Что это был за «орех», Зинаида так и не узнала. Зато она сразу же почувствовала - демон ранен, причем ранен смертельно, и если она хочет остаться живой, то должна как можно скорее покинуть его внутренности. Сказано - сделано, ведьма вновь покрывает себя всеми мыслимыми и немыслимыми защитными заклинаниями, плывет к стенке и выбирается наружу - грязная, вся покрытая слизистым киселем, но живая и здоровая. А за ее спиной десятиметровый шар, который уже откатился достаточно далеко, тускнеет - молнии вокруг сверкают все реже и реже, сам он начинает сдуваться, как проткнутый кулек с водой. Пока, наконец, не превращается в бесформенную кислотную массу, безжизненно валяющуюся в мутной луже. На этот раз уже окончательно и бесповоротно дохлую.

    Пару секунд, и вся слизь с Зинаиды Генриховны исчезает - заклинание «химчистка» в действии, одно из самых любимых любой ведьмой, заметно облегчающих работу по дому. И стиральная машина с таким не нужна…

    -  За… зу… зи… наид… д… да… Ге… е… нрихо… вн… на… Э… то… В… ы??? - раздалось рядом чье-то невнятное заикание.

    -  Рыжая, найдем кольцо - к логопеду! Мне такие заики не нужны! - отмахнулась З. Лобная - А вы чего уставились? - это уже к другим ведьмам относилось. - Никогда не видели, как демоны лопаются? Тьфу, с кем только приходится работать… А ну доложить, по уставу, что в отсутствии начальства произошло? С чем еще вы без меня напортачили?

    -  Т-так т-точно, - став по стойке смирно, отозвалась Настюха Рыжая. - З-зомби п-прорвались с кладбища, мы не смо-огли их у-удержать, и сейчас они…

    -  Тьфу! Ничего вам нельзя доверить! Все самой приходится делать! Где эти ваши зомби прорвались? - закатав рукава, З. Лобная изготовилась к бою.

    -  В-везде… - призналась Рыжая. - Они на штурм телецентра в-все пошли…

    -  Ну так а вы чего тут стоить? Все! Демона уже нет - а ну ноги в руки, и вперед…

    Ведьмы, кто по земле, а кто по воздуху, отправились к стоящей рядом телевышке. А там уже кипел бой…

    * * *

    Максимка знал, чего хочет в жизни, и шел к своей цели. Целеустремленный молодой человек, с немалыми амбициями - он умел трезво оценивать свои силы. А потому когда-то сделал свой выбор, связал судьбу с Иннокентием Аполлинаровичем Евстасьевым, о чем потом ни капельки не жалел. Старик мог дать Максимке то, о чем он, сирота, всегда мечтал - власть. Много власти. Не славу, не богатство, хоть второе не было особой проблемой, а именно власть. Неограниченную сенатами, думами, радами, советами директоров, сборами акционеров власть, когда только ты решаешь, что должно случиться, и никто не имеет права тебе приказывать.

    Максимка никогда не мечтал стать диктатором, фюрером, тираном - он просто ненавидел человеческую глупость, когда дураки отдают приказы умным людям, и те вынуждены подчиняться. Начиная с детдома, где бесправные дети подчинялись всесильным воспитателям, Максим для себя решил, что он никогда не позволит кому-либо распоряжаться его судьбой, власть для него была равнозначна свободе. Ему не нужны были гектакомбы жертв, собственные портреты на каждой стенке державы или право разбомбить какую-нибудь страну, из собственной прихоти. Власть Максимке нужна была для того, чтоб самому, и только самому распоряжаться своей судьбой, и именно это предложил ему Скалистый.

    Они познакомились давно, при достаточно необычных обстоятельствах. Молодой парень и проживший жизнь старик, сначала даже не обратили внимания друг на друга. А потом Максимка что-то смутное заподозрил, и в один прекрасный день выложил на стол Евстасьеву папку с материалами про его компанию.