|
Теперь я буду рассматривать любого собеседника в микроскоп, стараясь разглядеть в нем болезнетворную бактерию, спать стану в пол-глаза, в пол-уха, да что спать — в сортир спокойно не сходишь, постоянно будешь думать о том, что вот сейчас тебя и прихватят — со спущенными штанами, в самом что ни на есть обидном положении.
Да, снова про великого фехтовальщика Мусаси — по легенде, он вообще не мылся. Потому что боялся — как только залезет в ванну, тут его и прихватят враги, а он ничего не сможет с ними поделать. Его в кино изображали эдаким засаленными бомжом с грязными волосами, и с мечом в руках. Как говорится — за что купил, за то и продаю.
В Академию прибыли без приключений. Извозчик развонялся на тему: «Мы так долго ехали, надо бы накинуть, господин!» — и я немного успокоился. Ничего личного, просто бизнес. Никаких убийц. Если везешь долго, окольными улицами — можно начать нытье на тему надбавки. Так что в этот раз паранойя меня подвела. И вспомнилась реальная история из советского прошлого, то ли прочитал ее где-то, то ли услышал, но то, что она случилась в реальности — все божились-клялись. В общем, некая семья провинциалов приехала в Москву, где у них была пересадка на другой поезд. Не помню точно, вроде как приехали на Казанский вокзал, а пересадка на Ленинградском. Само собой — их тут же встретили ушлые таксеры, один из которых и завлек несчастных провинциалов в свою лайбу (официальное такси, от таксопарка). До поезда у них оставалось два часа, и они очень боялись опоздать. Таксист пообещал домчать их как можно быстрее, они посулили ему сверх счетчика (хотя он и так зарядил больше, чем по счетчику раза в три), и понеслось. Полтора часа таксер колесил по Москве, ну а затем нормально привез провинциалов на нужный им вокзал за полчаса до отхода поезда. Пассажиры были ему настолько благодарны — не описать словами. Но описали — в благодарственном письме на имя начальника таксопарка (узнать адрес парка — плевое дело, он написан на борту «Волги», фамилия таксиста — на табличке, приделанной к «торпеде». «Просим поощрить товарища Пупкина, который всего за полтора часа довез нас с Казанского вокзала до Ленинградского» — примерно так. Пупкина лишили тринадцатой зарплаты, что составило раз в пятнадцать больше того, что он получил за свое мошенничество.
Я лично поощрять жадного «таксера» не собирался, хотя настроение он мне поднял изрядно. Но и морду бить ему тоже не стал. Сказал, что сейчас прокляну, и у него почернеет и отвалится причинное место. Извозчик свалил от Академии со скоростью, с которой бегают орловские рысаки. Нет, ну а чего? Я и так отдал ему то, что он запросил — сил не было торговаться, да и желания. Так он еще пытается меня развести! Нет, парень, со мной номер не пройдет. Меня ниндзя не смогли закуканить, а уж какой-то извозчик…
Соню отвел в ее комнату — мыться, приводить себя в порядок и все такое. А сам побрел к себе — в общем-то за тем же. Потный, пыльный — от меня смердело как от лошади извозчика, два часа стоявшей на солнцепеке. Кроме того — я был на последнем вздохе. Ноги еле переставлял. И это ощущение совершенно отвратительное. Даже тогда, когда я физически выматывался до полусмерти — такого упадка сил, такого полнейшего опустошения не было. И не знаю, как там все работает — то ли исчерпались мои накопители жизненной энергии (если такие вообще имеются), то ли мой организм не привык так активно колдовать, но только меня трясло от слабости и глаза закрывались сами собой.
Приняв душ, я дополз до кровати, упал на нее и вырубился, как если бы мне дали поленом по затылку. И очнулся только утром следующего дня, разбуженный грохотом и сдавленными ругательствами:
— Да чтоб тебя разнесло, проклятое! Тьфу на тебя!
Если бы это был враг — призраки меня бы точно разбудили. |