Так, кстати, и не узнал — к какому мужику она бегает. Или он к ней бегает — судя по статусу бабуленции. Невместно Старшей Хранительнице к кому-то там бегать. Пришел, сделал ей хорошо — и отвалил. Вот это правильно, вот это по закону Леса!

Да, как оказалось — мало того, что моя «бабка» королевской крови, так она еще и самая что ни на есть…хмм…даже не знаю, как это лучше назвать. В общем — что-то среднее между лекаркой, шаманкой, колдуньей и…нет, не найду такого понятия. В общем — когда кто-то женится — собираются три Хранительницы Очага, и объявляют, что никто не против, чтобы эти молодые дурни как следует потрудились на постельном фронте и произвели очередного члена сообщества. «И да будет так!»

Три хранительницы нашлось, как ни странно. Одна, само собой — бабулька моя, вернее келлановская, и две другие — совсем древняя бабка (вот это правда бабка, а не моя «якобы»), и совсем молоденькая (на вид чуть постарше меня и Леры).

И опять — хороводы, опять песнопения, и опять — бумага, но теперь уже составленная на языке ворков. Древнем языке, что-то вроде нашего древнеславянского («Не лепо ли ны бяшете братие…»). Нас чем-то мазали, потом дали выпить какой-то дряни, вроде как вина, разведенного с чем-то непонятным, от чего даже у меня кровь бросилась в лицо, а Лерка — та совсем раскраснелась, и по-моему у нее начал заплетаться язык.

Но самое дурное случилось потом. Чего я вообще-то совершенно не ожидал. Моя бабуля объявила, что без настоящего завершения обряда — брак недействителен. Ибо это не простой брак, а королевских кровей, и вот эти самые крови должны быть продемонстрированы всему честному народу.

Сказать, что я охренел — ничего не сказать. Во-первых, откуда к чертовой матери у Лерки возьмутся крови, ежели через нее прошли несколько десятков мерзких ублюдков, да не по одному разу, да не один день! Вы шутите, что ли?!

Во-вторых, оказывается, за процессом должны были следить эти самые Хранительницы! То есть — три бабы стоят рядом с нашим так сказать супружеским ложем, и активно участвуют в процессе — советами, и всевозможной практической помощью. А потом выдергивают простыню из-под разгоряченных тел, и как командир Щорс идут под этим знаменем к народу, рассевшемуся возле столов с угощением и ожидающих, когда же им дадут отмашку пятнистой простыней. Это же…безобразие какое-то! — как сказал один персонаж.

Я сразу взбрыкнул — пошли они к черту с их обрядами, с их планами и всякой такой мутатой. Я им не какой-то там извращенец, чтобы делать ЭТО под чутким руководством партии и правительства. И что они могут засунуть этот трон себе туда, куда…куда хотят. Куда полезет. Я сделал все, что должен был сделать, а на сексуальные игрища при стечении народа не подписывался.

Сломали меня быстро, популярно рассказав, что пока я тут кобенюсь — гибнут люди с обеих сторон. И что если я ЭТО не сделаю — все мои страдания насмарку. Карфаген должен быть разрушен! И все тут!

Некстати я вспомнил о том, что мне надлежит еще и пошпионить в лагере ворков, у меня на то строгое распоряжение начальства, манипулирующего отобранной у меня пробой крови. Через которую, как оказалось, они еще и порчу на меня могут навести (Я был последним болваном, когда дал свою кровь — как понял из рассказов моей бабули).

Ну что сказать…это было ужасно. Я как-то видел фильм, в котором ЭТО делали целой толпой — невеста лежала, а жених, он же то ли герцог, то ли король (какой-то английский фильм) покоился в руках свиты. У него ноги были сломаны, а нужно срочно произвести этот самый…хмм…обряд, иначе брак не будет признан действительным. Да, у меня ощущение, что Земля и этот мир были когда-то единым целым, и только не так давно разъединились.