— Развратница-а, — протянул кучерявый, целуя её в висок и что-то тихо шепнув ей; она рассмеялась, продолжая смотреть на имперца.

— Да, я согласна. Приду позже.

Кареглазый поднялся. Чуть выше среднего роста, отметил про себя ис Коритан, захватил кружку с напитком и, не прощаясь, пошёл на выход.

— Не боитесь оставлять её со мной? Зная, что между нами притяжение? — бросил принц в спину. Ну, давай, начни нервничать, делать ошибки.

— Нет. — кучерявый отпил кофе, улыбнулся, отсалютовал кружкой ис Коритану и вышел.

Фурия пила кофе и чуть насмешливо кривила губы, бросая временами взгляд на ис Коритана.

— Спасибо за завтрак, было вкусно. Что будет на обед? — наконец прервала затянувшееся молчание Фурия.

— Концентраты, свежих продуктов нет. Но могу приготовить из них нечто вкусное, главное, уметь, — он видел, как зажёгся в её глазу огонёк вожделения. Первый раз ему встретилась женщина настолько падкая на натуральную свежеприготовленную пищу. Нужно пользоваться этим. Ещё он помнил её взгляд в отражении, такой пожирающий, словно она была готова обглодать его до костей. Как неотрывно следила за движением его рук. И всё свернулось в мгновение, будто сливки от капли лимона… Что приспичило ему ляпнуть про «домогательство»… её взгляд, её взгляд был откровенным домогательством, и ему хотелось, чтоб она перешла к действиям.

Любовник, говоришь… ис Коритан улыбнулся. Посмотрим.

— Вы мне кофе обещали, между прочим, — напомнил принц.

— Обещала, — кивнула Фурия.

— Покажите, и я смогу варить для Вас кофе, — предложил мужчина. Он заметил, как она подавила зевок. Кофе не взбодрил? И вид у неё уставший. Сколько он спал? И почему вообще он спал в столовой? Снова усыпила, чтоб подобрать своего «кучерявого», но зачем? С ней одни вопросы, на которые она не ответит.

— Прямо сейчас? — она прикрыла ладонью зевок.

— Почему бы нет? Чем быстрее научите, тем быстрее получите результат, — что ж тебя так утомило? Кучерявый тоже выглядел вымотанным. Укатали друг друга? Хотя не было похоже на то, что они недавно занимались сексом.

— Ну, пойдёмте, — Фурия поднялась, прихватив кружку с остывшим кофе, так и не взбодрившим её. — Возьмите для меня стул.

Войдя на камбуз, Фурия привычно достала всё необходимое, расставила в ряд и жестом подозвала ис Коритана. Указывая на предметы, начала объяснение:

— Вот это — зёрна кофе. Их нужно измолоть в кофемолке, вот она, насыпаем примерно столько, предпочитаю тонкий помол, он полностью раскрывает аромат, — она рассказывала, а мужчина смотрел, слушал, запоминал. Ещё он наблюдал за ней. Занимаясь приготовлением кофе, она преобразилась, ушла её язвительность, нахальство, он видел, что она наслаждается процессом. Её улыбка стала мягкой, — …нужно изловчиться и снять турку так, чтобы пенка не разрушилась, если она повредится, то весь нежный аромат улетучится. Аромат — это 90 процентов удовольствия.

…Нежный аромат… удовольствия… ис Коритан стоял за её спиной, рука сама собой поднялась. Желание прикоснуться к тёмно-каштановым волосам, отвести их в сторону, прижаться губами к родинке за правым ухом — он заметил её, когда они дрались у него в каюте.

— Я даю немного остыть кофе, затем повторяю процесс, довожу до грани закипания… так вкус и аромат раскрывается ярче.

Даёшь остыть и снова доводишь до грани… ладонь, готовая коснуться волос, сжалась в кулак и опустилась.

— Видите пенку? Она нетронута, под ней прячется то, ради чего я готовлю кофе, — ис Коритан устремил не на пенку, а на металлическую зеркальную поверхность, она подняла голову, их взгляды встретились… его рука вновь поднялась, провел пальцами по шее, убирая волосы и обнажая белую кожу.