Майор посмурнел, морду у него от злости чуть не перекосило.

— Смотри, Ваня. Какой грамотный, сука, попался. Ну-ка врежь ему!

И Пете опять прилетело от сержанта под дых, а от товарища капитана справочником по кумполу. Хорошо хоть у стула спинка была, и по почкам в этот раз не долбили. А то потом неделю кровью ссать будешь.

Петя стоически перенёс очередные побои и спокойным тоном попросил:

— Вы бы, товарищ майор, объяснили нормальным языком. В чём дело и какого хрена вам надо.

— А то ты не знаешь, — хмыкнул майор. — Ты тут целку из себя не строй. Будешь выёживаться, пойдёшь у меня зону топтать. Ты какого хрена лезешь, куда не просят со своим вонючим пойлом? Там серьёзный бизнес, где давно всё поделено. И тут вы нарисовались, такие красивые. Ты пойми, что это не ваш уровень. Думаешь если вас местные районные менты кроют, то вам и море по колено. Дурилка картонная. Там всесоюзные масштабы, серьёзные люди. А тут какая-то мелочь пузатая из местной шпаны, со своей палёной водярой.

— Ну, во-первых, я не какой-то там бандит, а представитель передового движения прогрессивной патриотической молодёжи. Заместитель Председателя молодёжного Общественного движения, объединяющего молодёжь, увлекающуюся атлетизмом и продвигающего здоровый образ жизни. И курируют это движение Горком комсомола и партийные органы. Да вон, товарищ капитан, вам подтвердит.

Майор перевёл недоумённый взгляд на Овечкина.

— Там с ним утром баба была. То есть, извиняюсь, девушка. Из Райкома комсомола. Судя по удостоверению, начальник Отдела. Тоже жаловаться обещалась. Говорит, важное совещание им срываем, — смущённо отводя взгляд в сторону, пояснил капитан.

— Ну ты, Ваня, и мудак, — выругался майор. — На хрена ты при этой кошёлке его задерживал.

— Откуда я знал, что она из райкома, — возмутился капитан. — По виду баба как баба.

Наступило продолжительное молчание. Майор был недоволен. Он рассчитывал закошмарить молодого парня, которому едва исполнилось 18 лет и которого легко будет сломать. Но, несмотря на молодость, парень попался матёрый. Выглядел солидно, старше своего возраста, и рассуждал как прожжённый политикан. Видать и правда в этих своих райкомах нахватался.

И ведь сука, знает, куда бить. Жалоб майор не боялся. Но тот правильно сказал, что это в том случае, если жаловаться будут на него. Начальство всегда прикроет. А вот если неприятности будут у самого начальства, то тут им уже будет не до подчинённых. Тут бы свою задницу прикрыть.

Да что там далеко ходить. Непосредственный начальник майора, подполковник Иванчено, как манны небесной ждал очередное звание полковника. А если начнутся разбирательства и проверки, то хрен ему, а не звание. Да он майора с говном съест, оприходует во все дыры без вазелина, в коленно-локтевой позиции.

Да и прокуратура задолбает. Им ведь только дай до чего докопаться.

Не нравилось это всё майору. Ох, не нравилось.

— Кроме того, мы водкой не торгуем — прервал затянувшееся молчание, Пётр. — У нас только коньяк. Хороший коньяк, качественный. По большому счёту, мы с вашими водочными королями не пересекаемся. У нас своя ниша. Просто жаба их душит. Увидели, что всё налажено, дело выгодное, вот и пытаются наложить лапу. Только не выйдет ничего. Да и насчёт местных ментов, вы не правы. Они там постольку-поскольку. На подхвате. Да и коньяк этот, просто часть куда более обширной темы. Там тоже серьёзные люди при деле, с которыми вашему начальству смысла ссориться нет. Вы сами просто не понимаете, куда лезете. Вас потом ваши шефы по головке не погладят.

— Ну если ты такой весь из себя крутой, давай звони, кому ты там собирался. Посмотрим, что за большие дяди за тобой стоят. А то может, ты порожняки гоняешь, — принял решение майор.