– С какой стати им брать машину напрокат? Им должны были выдать автомобиль в местном отделении, разве не так?

– Скорее всего.

– Проверишь?

– Это можно.

– Я не слишком навалился на тебя, Рой? Не хочется отвлекать тебя, ты же служишь человечеству в баре.

– Да пошел ты!

– Но раз уж нам приходится иметь дело с этими парнями, надо знать их имена и кто они такие. Нельзя действовать вслепую, Рой, а то нам головы пооткусывают, а мы и не заметим, как. Зачем полковник приволок сюда из Флориды двух этих парней, которые чуть что хватаются за пушку?

– Можешь об этом не беспокоиться.

– В каком смысле?

– Я с этим разберусь.

– Говори толком, Рой.

– Проверю я их, проверю, черт побери!

– Что‑то ты нынче не в настроении, Рой.

– Есть еще новости?

– Проверь заодно некоего Уолли Скейлса, тоже вроде бы из службы иммиграции. Он тоже явился сюда разыскивать эту самую Амелиту. Угадай, где мы его уже видели? Вчера, с полковником.

– Судя по виду, он и впрямь из службы иммиграции, – подтвердил Рой, – или из казначейства, из налоговой полиции.

– Ты выяснишь? Позвони мне, я буду у Люси. Сейчас поеду за Калленом, отвезу его к ней.

– Ты еще не знаешь, где будешь сегодня вечером, – сказал Рой. – Ты меня спроси, я тебе скажу: нынче ты у нас для разнообразия поработаешь, покопаешься у «объекта» в комнате.

– Рой, ты что, белены объелся или месячные вовремя не пришли?

– Я не могу больше видеть этот чертов бар!

– Вот это я понимаю.

Джек позвонил Люси и попросил разрешения привезти к ней Каллена. Пожалуйста, сказала она, в любое время. Он поинтересовался, навестил ли ее Уолли Скейлс.

– Он звонил мне утром, – ответила Люси. – Представился и сказал: «Насколько мне известно, в воскресенье вы ездили в Карвиль, чтобы забрать тело умершей подруги». Я сказала, что он ошибается.

– Первая ложь?

– По‑крупному – первая. Я спросила его, откуда такие сведения.

– Что он ответил?

– Это, мол, не важно. Извинился за беспокойство.

– Вот и хорошо. Когда мы с ним беседовали, мне так и показалось, что он просто отрабатывает номер. Душу он в это дело не вкладывает.

– Да, но напоследок он сказал: «Передайте от меня привет отцу».

12

– Попытаюсь объяснить, – пообещала Люси, – но я уже столько раз пробовала и всякий раз сама понимаю – нет, не то. Что‑то заставляет поступить так, а не иначе. Какое‑то внутреннее побуждение подталкивает сделать выбор. Всегда есть разумные причины отказаться от своего решения, сколько угодно разумных причин. Всегда можно сказать: «Я же не сумасшедшая, в конце‑то концов!» Но если ты послушаешься этого чувства, если ты сделаешь это… Тогда все будет по‑другому.

Они снова сидели на застекленной террасе в доме, принадлежавшем матери Люси. За окном лил дождь, в тусклом предвечернем свете все так же вился по обоям узор из банановых листьев. Отойдя от потемневшего окна, Люси села напротив Джека и Каллена – они оба устроились на диване.

– Я ушла в монастырь из‑за любовной истории, но не из‑за своей, а из‑за той, что случилась восемь веков назад. Был мужчина, влюбленный в любовь, и была девушка семнадцати лет по имени Клара – я уверена, она любила этого мужчину. А меня просто очаровала эта история. Мне тогда исполнилось девятнадцать, я легко могла поставить себя на место этой бедняжки, этой бедной маленькой богатой девочки – она была несчастна и сама не понимала отчего.