Капитан прибавил шагу. Какой сегодня день праздника? Не важно. В любом случае надо все провернуть за ближайшие часы.

Улица Покорителей Черного Замка тоже ломилась от толпы и экипажей. Здесь, правда, преобладали не швабы, а летучие каноэ — в квартале жило много гельвенцев. Одно из этих каноэ, не дававшее Капитану пройти, он пихнул так, что гельвенцы, обмотанные ремнями и шкурами, посыпались на мостовую. С ходу врезав кому-то по скуле, кого-то пнув сапогом, Капитан расчистил путь к широкой лестнице, поднимавшейся к стальным дверям Школы Благородства. Эти двери толпа обходила, опасаясь даже касаться ногами лестницы.

Капитан запустил руку по локоть во влажный рот мелкого беззубого жрутера, росшего в хромированной кадке возле дверей. Потом то же самое сделал и Боцман. Двери приоткрылись, пропуская курсантов. В Школе было тихо. Курсанты в кабаках бузят, даже техники бузят в подвальных пивнушках. А всемогущий хозяин на другом конце Арконы дремлет, тихонько переваривая трехдневный паек.

Капитан и Боцман шли быстрым шагом вниз по винтовой галерее. Столовая, жилые отсеки, пьютерная. Всюду пусто. Взгромоздив Боцмана на кадку, Капитан залез на свою и, перед тем, как нырнуть в бутон, коротко бросил:

— Спаринг.

Боцман непонимающе нахмурился, но кивнул.

И вот они оба оказались в зале спаринга. Вдоль стен болтается оружие, латы и боксерские перчатки.

— Подраться решил? — Спросил Боцман.

Капитан криво улыбнулся:

— Не угадал чуток. Просто нам надо быть вместе. Парой. Значит, начинаем отсюда.

— А куда теперь?

— Пошли.

Возле Капитана висели гладиаторские сети. Отодвинув их в сторону, он пнул стену — и в стене открылся проход. Через этот проход бандиты попали в общий интерфейс, после чего сразу оказались в мастерской Капитана.

— Не знаю, зачем я прорыл этот ход, — задумчиво сказал Капитан, — а пригодилось.

— Для чего? — Боцман все еще не понимал, зачем Капитан потащил его сюда.

— Вот, смотри. Чего здесь не хватает? — Капитан ткнул пальцем в «сковородку».

— А что это?

— Не важно.

— Тогда не знаю.

— Ладно, — согласился Капитан, — это отмычка. Сети взламывать.

— А… — Боцман вскинул брови, — удобного сидения не хватает. И еще… — он вдруг запустил руки под кожух и поменял местами два информационных канала.

— Зачем…

— Так красивше.

«Сковородка» тихо загудела. Кожух захлопнулся сам собой. И в голове Капитана прозвучал вопрос:

— Как меня зовут?

— Это ты спросил? — Капитан повернулся к Боцману. Боцман помотал головой.

Но Капитану и без того было ясно, кто задал вопрос. Кобчик взорвался режущей болью.

— Отмыра, — проговорил Боцман.

— Отмыра, — согласился Капитан.

— Имя принято, — подытожила «сковородка».

Боцман тихонько крякнул:

— Пошел я, что ли?

— В город пойдешь?

— К себе, покемарить.

И Боцман исчез. А Капитан занялся Отмырой. Боцман прав: сиденьице нужно удобное, а то кобчик аж ходуном ходит. И управление попроще. Для простоты копирования текстов бандит сделал в защитном коконе Отмыры плоское окошко, чтобы тот не обрубал края листов. Потом взобрался на сидение и приказал:

— Погнали!

Отмыра поводила носом:

— Куда, хозяин?

— В главное секретное хранилище.

— Далековато будет.