Дмитрий, пользуясь тем, что атсан сейчас ничего не слышит, приблизил лицо к мятой длинноносой физиономии Куна и, оскалясь, процедил:

— Еще раз полезешь в мои дела, сука, я твой нос запихну тебе же в задницу.

— Я все слышал! — Заверещал Фейерабий. Дмитрий занес ногу, якобы намереваясь пнуть кимора:

— А тобой, мячик, я почищу унитаз в сортире у эквапырей. В конце-концов, — он снова повернулся к Куну, — мы можем заявить о нашем конфликте формально. Увидишь тогда, кто полетит к жрутерам.

Кун попытался ухмыльнуться:

— Не забывай, раб, мне как жардинеру на поединке полагается преимущество.

Дмитрий сложил руки на груди, склонил голову на бок:

— Это ты не забывай, деревня. Мне как рыцарю короны полагается победа. И, кстати, если еще раз назовешь меня рабом, я действительно добьюсь официального поединка. Понял?

Дмитрий, резко выбросив правую руку вперед, щелкнул Куна по кончику носа и сразу молниеносно вновь скрестил руки на груди. Как только он это сделал, атсан содрал бутон с головы:

— Нормально, — сказал он, спрыгивая на кафель. — Пойдем, в центральную прогуляемся.

Атсан двинулся вперед, Дмитрий за ним. Жардинеры тоже сделали несколько шагов, но атсан их остановил:

— А вы, ребята, прошвырнитесь тут, там, все ли в порядке. Не мешайте нам.

— Но бон Брукс… — возразил Кун, — твоя безопасность… Кругом рабы. И еще этот ра… рыцарь.

— Рыцарь меня и защитит, если чего, — ответил атсан. — Не забывай, жардинер, рыцарь сдался добровольно, спасая не свою жизнь, а свою честь. Спасаясь от несчастной любви, — прибавил он шепотом.

— Ладно, — пожал плечами Кун, — Фер, пошли в детскую.

Дмитрий нахмурился. Атсан, конечно, все понял:

— Нечего вам в детской баб щупать. Млекопитающие, козлиное племя… Прости, рыцарь. Короче, жардинеры, узнаю, что были в детской, разжалую.

Оставив стеснительный экскорт, атсан и Дмитрий прошли к овальному люку, из которого винтовая лестница вела в помещение центрального сервера. Помещение тоже было овальным. В центре, окруженный твердой прозрачной загорородкой, возвышался жрутер. Это был «Князь-победитель», единственный жрутер такого класса, которым владели атсаны. Обернув голову листьями ввода, возле жрутера сидел мелкий атсан по имени Крокс. Вдоль потолка помещения протянулись корни осины, по которым из отверстия в стене передавались куски мяса. Каждую минуту корни отправляли в ненасытную глотку жрутера новый кусок.

Вдоль стен были установлены обычные пьютеры, на которых работали техники, в основном — люди, добровольные перебежчики от князя. Но сейчас пьютеры были свободны, техники ушли на обед. Брукс оперся о ближайшую кадку.

— Вот отсюда, рыцарь, ты как на ладони. Во что ты режешься, вообще — все, что ты делаешь, отсюда видно.

— Да я… — начал Дмитрий, но атсан его перебил:

— Режься, во что влезет. Главное, чтобы работу выполнял вовремя. Сейчас, я понимаю, дело-то быстро идет, как мы кровь керба в поливалку пустили. Но и ты пойми, если я тебе официально позволю в игрушки баловаться, народ ныть начнет… А неофициально, так этот носатый обязательно по новой сюда заглянет и тебя вычислит. Что он тебя так не взлюбил? Вы же оба люди, кажется…

— Мы из разных социальных кругов, — ответил Дмитрий.

— А по-моему, во всем виновата ваша идиотская система размножения… Ага, вижу, покраснел. Мне плевать, как ты догадываешься, на ваши разборки. Хочешь, поединок объявим? Только ему самострел дадут, а тебе вручную придется.