— Почему? — удивился водитель.

Только теперь Дмитрий понял, почему водитель фуры казался таким неприятным и страшным: лицо водителя обрамляла густая рыжая борода, но обрамляла не целиком, а только правую половину лица! Левая половина лица была чистой и чуть зеленоватой. Жуткое зрелище!

Дмитрий судорожно сглотнул:

— Мне их не жаль, но… За них меня потом убьют.

— Да ладно тебе! — полубородый водитель широко улыбнулся, показав неровные, чуть заостренные на концах зубы. Дмитрий снова сглотнул.

— Хотя… — протянул полубородый, — мне-то что?

Он, не выпуская рукоятки пистолета, взялся другой рукой за дуло и легко согнул пистолет пополам. Потом, скомкав его, словно клочок бумаги, кинул на дорогу. Расхохотался.

— Ладно, живо в кабину. И мухортика своего прихвати. Пригодится.

В кабине «Колхиды» было душно и нестерпимо воняло… Да, тем же самым. Змеями. Дмитрий уже не удивлялся. Толик забрался назад, на лежанку, укрытую мягкой полосатой шкурой. Полубородый перерезал веревки на руках Толика и Дмитрия длинным кинжалом с волнистым лезвием. Потом кинул кинжал под сидение и повернул ключ стартера. Движок протяжно взвыл и «Колхида» рванула с места.

— Вы от кого? — спросил Дмитрий.

— От себя самого, — охотно ответил полубородый и сразу пояснил, — сам себе и дом, и крыша. Ты, Дим, не волнуйся. Сколько бы тебе Нуф ни предложил, я все одно больше дам. И не убью напоследок. Со мной вообще лучше.

— Нуф? — не понял Дмитрий.

— А… — махнул рукой полубородый, — ты даже не знаешь, кто за тобой бегает. Я тебя, Дим, от смерти спас. Ясно?

Дмитрий молча помотал головой. Потом мрачно уставился на полубородого:

— А вы кто, вообще-то? И… Главное: я-то кто такой? Зачем меня спасать? Я еще понимаю, зачем эти, из «Мерлина», хотели меня убить. А спасать-то зачем?

— После, рыцарь, после. — Полубородый усмехнулся, запел под нос: — Жил на свете рыцарь бедный…

Снег прекратился, пустая дорога исчезала под колесами «Колхиды». Полубородый внимательно следил за пробегавшими мимо деревьями. Казалось, он их считает.

— Держись, рыцарь. И ты держись, мухортик.

Дмитрий не стал задавать вопросов, просто схватился покрепче за скобу, торчавшую под ветровым стеклом. Полубородый резко дернул баранку, «Колхида» на всей скорости понеслась к обочине. Дмитрий зажмурился…

Но ничего не произошло. Движок выл, «Колхида» неслась по ровной дороге. Дмитрий открыл глаза — и ахнул. За спиной ахнул Толик — он тоже открыл глаза. Дорога, мощеная розовыми каменными плитами, тянулась через цветущую зеленую степь. Какие-то птицы носятся в небе, рощицы вдали, летнее солце жарит… Дмитрий сразу ощутил, что в кабине стало немилосердно жарко.

— Окошко открой, лето на дворе, — бросил полубородый, не отрываясь от дороги.

— Была зима! — проныл Толик.

— А здесь лето. Окно открой, говорю. Задохнетесь.

Дмитрия это все почему-то не удивило. Он только спросил:

— Здесь — где?

— Так… — полубородый прищурился, — курган Тромпа проезжаем… Ага, вон он, за рощей, слева. Значит, дома. В княжестве.

Тут Дмитий вспомнил нелепые записи, которые он видел на страничке спецзаказов в сети «Мерлин-пресс».

— Княжество Руника?

— Угу. Открой окно. А то с моей стороны ручку заело.

Дмитрий открыл окно.