Оглушительно хохоча Бернадетт взлетела вверх, а рыцарь владеющий ею, превратив в цесту перчатку правой руки, в мгновение ока упал на колени и нанёс ею, с близкого расстояния, сокрушительной силы удар по демоническим яелам, заботливо прикрытым массивным гульфиком из магической брони. Этот удар был ничуть не слабее, чем те, которыми щедро одаривал своих врагов Курпей Купреянович, пользуясь Молотом Богов. Он подбросил Флеврети на метр вверх и тот, громко ойкнув, согнулся пополам, звякнув мечом по гранитным плитам. Вот тут-то Бернадетт и вонзилась ему в хребтину, пронзив массивную тушу демона насквозь. Генерал ада с хриплым рёвом упал на колени, глефа сама собой пригнула в руки рыцаря Вика, последовал молниеносный удар и голова демона, отделённая от тела, была выбита презрительным пинком за пределы защитного круга, после чего генерал снова ринулся в битву.

В очередной раз исцелив раненых, а их количество понемногу уменьшалось, ведь бой, начавшийся ровно в полночь, длился уже почти шесть часов, все паладины ринулись на врага. Вот тут-то демоны и смекнули, что им прямо в глаза пристально смотрит пушистый полярный зверёк песец. Атака паладинов была чудовищной по своей силе и ярости. Уж на что рыцарь Вик с Бернадетт и Курпей с Молотом Богов были красавчиками, а наряду с ними творили просто чудеса массового вредительства дикий, оглушительно воющий, котяра Михей и две визжащие бестии Синка и Пенка, от которых демоны улепётывали, как крысы от злобного бультерьера, паладины превзошли и их. Рыцарские мечи паладинов перерубали магическое оружие демонов, как хворостины, и если двуручный кавказский кинжал короля Мусы, гаечный ключ Таксиста или меч-трос Байкера начинали своё движение, то не заканчивали его даже разрубив пополам двух-трёх и даже четырёх демонов подряд. Это был просто какой-то кошмар, а не бой, форменное истребление нечисти святыми воинами.

К тому же и нагинаты фей сорвались с места и полетели по воздуху радужными дисками, с одинаковой лёгкостью перерубая как демонов, так и каменные колонны толщиной в метр, а иногда и колоны вместе с прячущимися за ними демонами. Это был финал боя, в котором Селект окончательно получил подтверждение того, что он не зря все эти годы вкладывал все свои силы и энергию в формирование боевых септурм. Чем сильнее они мужали в стычках с небольшими пока что отрядами демонов, тем мощнее становились те астральные защитники, которых Селект Примас создал для них. Получили своих персональных защитников перед этим боем и все рыцари генерала Кваснина. Видимо на них всё-таки подействовало то, что они перед боем почти полтора часа общались с трем источниками силы, раз показали себя столь умелыми, сильными и отважными рыцарями-магами. Даже генерал, который магом был лишь номинально, время от времени мимоходом колдовал на редкость лихо, насылая на демонов то золотых ос, жалящих даже сквозь магические доспехи, то поливал их кипящей святой водой, то устраивал демонам ещё какие-нибудь гадости, от которых те истошно вопили.

Ещё в самом начале схватки Селект с помощью своей магии и хрустальной клетки взял в плен трёх демонесс, которых Таркгимах и Флеврети притащили с собой. Это была первая красавица ада Барбело, о которой ему только и было известно, что она участвовала в гражданской войне на небесах, Лайла, родившаяся уже в подземном мире и Ламия, о которой распускалось много сплетен, как об опасной вампирше, но никто не мог привести никаких тому свидетельств. Все три дамы, которые не испытывали в хрустальной клетке никакого дискомфорта, с олимпийским спокойствием взирали на то, как небольшой отряд феи Барби истребляет без малого полторы когорты демонов. Когда же бой был окончен, Селект Примас быстро прибрался в подвале, обратив останки демонов в прах, аккуратно разложил его по именным урнам, изготовленным из обломков вражеского оружия и составив из них пирамиду на квадратной летающей платформе, спустив вниз хрустальную клетку довольно мрачным голосом сказал:

— Леди, а теперь я попрошу вас удалиться.