Ее лицо внезапно стало серьезным.

— Он хороший человек, — заверил Хью, взяв кусок сыра с подноса, который держал перед ним слуга.

— Возможно, — кивнула она, припадая к кубку теплого вина с пряностями.

— Я ему завидую.

— Правда? — вырвалось у нее. — Может, вы сумеете заменить его… в некотором отношении?

Она с интересом наблюдала, как до Хью начинал доходить смысл ее слов. Тщеславный павлин! Ему, как и любому мужчине, совершенно невдомек, как это вдруг он — и не может быть Божьим даром для женщины!

— Леди Бронуин, — сухо начал он, — я должен поговорить с вами серьезно. Насчет Стивена…

— Каким он был в детстве? — перебила она.

Хью на мгновение растерялся.

— Серьезным, как Гевин. Все братья росли в мужском окружении. Может, Стивен потому и неуклюж немного, что слишком мало знает о женщинах!

— В отличие от вас, — промурлыкала она.

Хью самоуверенно усмехнулся:

— Да… у меня имеется некоторый опыт, и, вероятно, именно поэтому… вас влечет ко мне. Вы так недавно замужем за Стивеном. Уверен, что пройдет несколько лет, и вы… вы станете примерными супругами.

— Именно этого вы хотите от жизни? Быть примерным супругом?

— Мы со Стивеном — разные люди, — объявил он самодовольно.

И тут в голову Бронуин пришла замечательная идея.

— Не так давно, когда мы были в Шотландии, пришлось остановиться в фермерском доме. Одна из женщин сделала восхитительное питье из лишайников. На въезде в ваше поместье я видела подобные лишайники, растущие на скалах. Может, мы прогуляемся и соберем немного? Я бы хотела сделать такое же питье для вас.

Хью, казалось, встревожился, но тут же кивнул. Ему совсем не нравился оборот событий. Все складывалось так, что жене Стивена не терпится изменить мужу. Хью хотел показать, что ни один мужчина не способен завоевать Бронуин, но она, похоже, предпочитает его, Хью!

По пути к скалам Хью расписывал, какой порядочный, благородный человек его друг и как достоин женщины с положением и состоянием Бронуин, насколько великодушно поступил, надев шотландскую одежду.

Бронуин почти не разговаривала, собирая лишайники и головки сухих цветов в маленькую корзинку, принесенную Хью. Только слушала, но помалкивала.

Когда они вернулись к дому, снова пошел дождь. Сэр Хью торжественно повел ее наверх, в солар, предназначенный для будущей хозяйки. Слуга принес горячего вина и горшочки, чтобы Бронуин могла приготовить питье. Тщательно смешивая ингредиенты, она наблюдала за Хью. Тот буквально раздувался от тщеславия и гордости: как же, проявить столь редкое благородство, отказавшись от откровенного призыва женщины!

— Мне нужно поговорить с вами, — серьезно начал он, прихлебывая горячую жидкость. — Не могу позволить вам уйти, не разуверив кое в чем.

— Но во что же я верю? — удивленно спросила она.

— Стивен — мой друг, всегда был моим другом, и надеюсь, что после всего этого останется моим другом.

— Но почему бы нет?

— Полагаю, это зависит от вас. Вы никогда не должны упоминать о… о своем ко мне влечении.

— Моем влечении? — удивилась она, садясь напротив него. — О чем это вы?

— О, бросьте, миледи! Мы оба знаем, что сегодня произошло между нами. Все женщины разбираются в делах сердечных.

— Все женщины? — Бронуин подняла брови. — Умоляю, объясните, о чем еще знают женщины?

— И нечего кокетничать! — отрезал он.