— Что, Дмитрий Иванович? — спросил губернатор.

— А вот и не знаю, как реагировать, ваше превосходительство. Был уверен, что одно письмецо не заслуживает вашего внимания, как… Вот, взгляните, — Дмитрий Иванович Климов протянул лист бумаги. — Вот такие бумаги были разбросаны у крыльца.

Губернатор взял бумагу и прочитал.

— Глупость какая, — сказал Фабр, отбросил бумагу, но…

Его рука вновь потянулась к листку.

Там было написано, что земский исправник Молчанов хочет незаконно забрать у помещика землю.

— Это клевета и поклеп, — сказал Андрей Яковлевич Фабр, будто сам себя же и убеждал. — Если бы такое имело место, то этот помещик, которого обворовывают, пришел бы к вице-губернатору, в ведении которого земельные дела.

Губернатор, говоря это, уже понял, что Кулагин мог бы и не принять просителя. Между тем, и сам Андрей Яковлевич Фабр был занят в последнюю неделю и много работал, а еще вынужден был съездить в Луганск, так как просили знакомые флотские люди повлиять на завод в том городке, что не выполняет обязательство перед флотом в срок.

— Я понял, Дмитрий Иванович, — сказал губернатор, складывая разложенные бумаги.

* * *

— Вы не имеете никакого права на то, чтобы подписать этот документ! — жестко говорил я, бывший готовым уже и драться.

Пусть даже меня заберут в околоток, или как тут называется полицейский участок, это даже вариант более выигрышный. Дело при таком раскладе точно станет достоянием общественности.

— Я не подпишу! — говорил Горюнов.

А ведь глядя на него и не заподозришь, что он сможет выстоять и не поддаться.

— Об этом узнает вся страна! — кричал журналист, и его слова доходили до Молчанова, и тот колебался.

Он не хотел ставить печать на уже готовом постановлении, он и сам сопротивлялся нажиму Жебокрицкого. Помещик надавливал на Молчанова с одной стороны, я, Хватовский, даже Марта — с другой стороны влияли на исправника.

— Да это все неправильно! — кричал уже сам Молчанов, но печать в его руках все еще была.

— Что тут происходит? — требовательный голос оборвал все наши споры. — Это что за балаган?

Я резко обернулся. Да не может быть! Губернатор?

От автора: Приключения медика-попаданца на Русско-японской войне.

Глава 19

— Я спрашиваю, что тут происходит? — требовательный голос оборвал все наши споры. — Это что за балаган? Еще бы пригласили цыган.

— Ваше превосходительство, а, собственно, ничего и не происходит, — сказал Молчанов, опустив руку с с почти уже готовым постановлением и явно разрывая этот несостоявшийся документ на куски.

— Ваше превосходительство, позвольте отрекомендоваться, помещик Алексей Петрович Шабарин. Должен доложить, что все противоречия решены к вящему удовольствию сторон, — отчеканил я, с ухмылкой посматривая на Молчанова, который только кивал на мои слова.

— А я прохожу мимо, а тут крик на весь Екатеринослав. Раз ничего не происходит, то… — сказал губернатор и пристально посмотрел на меня.

Взгляд был колючий, не предвещавший ничего хорошего.

— Я недоволен теми методами, кои вы используете, молодой человек. Мне не нужны никакие гоголевские ревизоры, — вдруг жестко проговорил губернатор. — По глупости, которая присуща молодости, можете наломать дров, что после не разгребемся. Что тут, земский исправник, доложите. Есть решение?

— Господин Шабарин, м-м-м, — Молчанова в этот момент снова скрутило. — Он готов на отсрочку на два года. Прошу простить меня, господа, мне нужно… подготовить постановление.

Сказав это, исправник спешно ушел.