То они валялись по земле, то боролись на руках, то отжимались. И при этом не отдыхали! Владислав и Ярослав были хорошо подготовлены, и в их случае выносливость не вызывала удивления. Но Павел… Он ведь сражался с куда более сильными соперниками и не выказывал усталости! Порой даже противостоял им обоим одновременно!

— Это всё Дубов, государь, — шепнул подошедший Иннокентий. Золотая ливрея горела в солнечных лучах. — Он дал царевичу какую-то пилюлю… тренировки, кажется. К сожалению, я мало что узнал о ней. Это рецепт из архива рода Дубовых. Но, полагаю, он мало чем отличается от подобной пилюли императорского рода. На всякий случай я проверил в нашей библиотеке. Ничего серьёзного. Обыкновенная усиливающая пилюля. Если правильно использовать, то эффект останется на всю жизнь.

— Что ж, Дубов держит своё слово, — кивнул Александр. — Как закончат, пусть явятся ко мне.

— Ваше Императорское Величество, думаю, сперва им не помешает принять ванную.

— Ванной тут не отделаешься, Иннокентий. Прикажи к вечеру истопить баню. Там я с ними и поговорю.

Ещё какое-то время Император и его советники обсуждали различные нюансы будущих действий. Даже на присланную ноту от Британской короны никто внимания не обратил. Её содержание и без того было известно: угрозы санкциями, войной и прочим-прочим, если Российская Империя на начнёт действовать в интересах Британии. А оно ей надо?

Спустя несколько часов Император лично парил своих сыновей в шикарной царской бане, попутно рассказывая каждому его роль в грядущих событиях. Не без удовлетворения государь отмечал, как возмужал Павел.

* * *

Где-то на Облачном Древе (Нирваларион)

Николай

Сейчас

— Ну, смотрю, в этот раз ты сразу принёс мне добычу! — сказал княжич Броков. — Похвально!

Я думал меньше секунды. Бросил ему соты, а сам скомандовал девушкам, чтобы бежали за мной. Пробегая мимо блондинчика, заметил, как побледнело его лицо, а взгляд застыл, глядя куда-то вверх. Завывания пчёл стало сильнее. Я прыгнул на один из листов-самолётов, девушки и Лютоволк последовали за мной. Лиза кинжалом рассекла нити, связавшие этот лист с остальными, и я что было сил оттолкнулся от края платформы.

Броков и остальные закричали и кинулись убегать, но слишком поздно. Рой пчёл с жужжанием накрыл их.

— Не-е-ет!!! — завопил со слезами на глазах урод, столкнувший Лакроссу.

Он побежал к парящим листам, но споткнулся об ногу соседа и упал на четвереньки, выронив медовые соты. Они вылетели из его рук прямо к нам. Княжна успела схватить их и покрыть корочкой льда, чтобы соты прекратили источать дурманящий медовый аромат.

В этот же момент пчелиная матка вонзила жало прямо в задницу княжича. Да так глубоко, что у того глаза на лоб полезли.

— Уф! — поморщился я. — Ну всё… прокололи княжича.

В молчании наш листок-самолёт быстро отдалялся от платформы, где рой пчёл загнал команду Брокова в тростники. Оттуда то и дело раздавались вопли боли. Сам княжич остался лежать с открытым ртом и распухающей задницей.

Девушки помолчали ещё немного, а потом взорвались счастливым смехом. Посмеяться было отчего. Во-первых, один очень коварный гад получил ровно то, что заслужил, во-вторых, мы свалили с нехилой наградой. 1000 кикибаллов и медовые соты. Ну и в-третьих, мы, блин, спаслись от пчёл с гигантскими жалами!

Ладно, почти спаслись. Всё-таки, пока мы убегали, пара пчёл нас достала.