— Ах! — громко выдохнула она от боли. И засучила руками по дереву, силясь вдохнуть.

Лиза приземлилась рядом, я тоже был уже возле платформы. И тут почувствовал пустоту, будто кончилась вся мана, а затем краткий миг невесомости. Благо уже над платформой. Так что отпустил Альфачика, и он упал на все четыре лапы, а я, извернувшись в воздухе, пролетел мимо него и боком ударился о жёсткое дерево. Иначе придавил бы Лютоволка. А так, только в спине что-то хрустнуло, и после краткого мига боли стало легче дышать.

Однако.

Едва придя в себя, вскочил и кинулся к Лакроссе с княжной, не разбирая дороги. Возле них уже присела Лиза, с которой тоже слетел цветной мех, а рядом валялись быстро увядающие крылья.

Василиса уже поднималась, держась за голову, а Лакросса по-прежнему лежала.

— Ты в порядке? — спросил я, оказавшись рядом.

Положил её голову себе на ладонь. Лицо оркессы скривилось от боли.

— Нормально… — просипела она. — Чувствую себя воротами, по которым боевым тараном саданули…

Я ухмыльнулся. Шутит — значит, в порядке. Через пару минут девушка похлопала меня по руке, и я помог ей встать. А ей на шею бросилась княжна со словами благодарности:

— Спасибо-спасибо-спасибо! — лепетала она. — Я думала, что всё… А лететь было ещё так далеко. А гора внизу так близко. Мне никогда ещё не было так страшно.

— Ладно-ладно, — попыталась освободиться из её хватки Лакросса. — Ну спасла и спасла. Подумаешь…

Но я видел, как на её бронзовых щеках появился румянец.

— Ну всё-всё, — снова проворчала она. — Отпусти уже.

— Подожди ещё чуть-чуть, — сказала княжна, пряча взгляд. — Я закрепляю положительные эмоциональные коннотации после твоих действий.

— Ч-ч-чего?

— Ась? — вторил я Лакроссе. — Чего делаешь?

— Ну, — смутилась княжна, — это мне Лиза посоветовала. Чтобы помириться с тобой. К тому же ты меня спасла, и это единственное, как я могу отблагодарить тебя сейчас.

— Лиза посоветовала, значит? — я взглянул на неё.

Пепельная блондинка попыталась сделать вид, что рассматривает очень интересные заросли на краю платформы, но под моим взором сдалась.

— Прочитала об этом в журнале, в разделе о психологии. Что правильные действия нужно положительно подкреплять коннотациями.

Я вздохнул и потёр глаза указательным и большим пальцами. В другую руку ткнулся мокрый нос Лютоволка.

— Сама-то поняла, что сказала?

Вместо ответа блондинка надула губы, делая вид, что обиделась, но я по глазами видел, что ни фига она не поняла.

— Ладно, дрессировщицы недоделанные, идём дальше, — сказал я и махнул рукой, зовя их за собой.

Внешне я выглядел раздражённым, но внутри чувствовал облегчение, что всё обошлось. Причём благодаря Лакроссе. И, надеюсь, на этом конфликт между княжной и оркессой теперь исчерпан.

Платформа, на которую мы приземлились, была окружена густыми зарослями. Почти везде они оплетали толстые ветви дерева, змеящиеся, как огромный уроборос. Но в одном месте виднелся явный просвет.

Осторожно раздвинув заросли, прошли в небольшой просвет между ветвями. А затем вышли на ярко освещённое место. И рты пораскрывали от увиденного.

Ноги ступили на мягкую почву, занесённую сюда снизу. В нос ударили запахи разнотравья и фруктовых деревьев. Впереди раскинулся целый сад с цветочными клумбами, узкими дорожками, поросшими травой и присыпанными старыми листьями, сгнившими скамейками и эльфийскими статуями, стоявшими рядом с тропками. Их обвил красный плющ, а лица стёрло ветром и дождями. Наверно, какие-то почитаемые у эльфов деятели древности.