Вот ведь заноза!

— Ладно!

Я взял княжну на руки, и та сразу уткнулась мне в шею.

— Тёёёплый… — пробормотала она и засопела. Ну да, в тепле-то спать хочется.

Вскоре мы, всё же, вышли на тропу, где встретились с кабанами, и увидели там целую кучу людей. Несколько полицейских в форме и с собаками, которые метались туда-сюда и не хотели никуда идти. А при виде меня и вовсе поджали хвосты, спрятавшись за хозяевами.

Ещё заметил Сергея Михайловича, который стоял с озабоченным видом. Но самое главное, среди людей на вытоптанной полянке орудовала Тамара Петровна. Я бы даже уточнил: скандалила, потому как она собачилась с каким-то тощим и высокомерным человеком с бородкой клинышком и пижонским пенсне. Пижонским, потому что зачем в лесу пенсне?

— А я уверен, — цедил тощий, — что они двигались вниз по склону. Видите, эти следы? Совершенно ясно, что студент Дубов гнался за студенткой Онежской, догнал её, но споткнулся. Дальше у них произошло неконтролируемое падение, в результате которого они, скорее всего, погибли.

— Да тут слепому ежу ясно, — кричала нянька княжны, — что толпа кабанов кубарем скатилась вниз, а двое побежали в лес!

— Смею напомнить, я — главный следопыт Его сиятельства герцога Пятигорского, и я…

— Полный идиот! — перебила Тамара Петровна. И я с ней был полностью согласен.

— Кхм-кхм! — внёс свой аргумент я и поставил княжну на землю. Она сонно потянулась и помахала Тамара Петровне.

Нянька, кстати, была без привычных шуб. Она оказалась ростом чуть выше княжны, весьма коренастой и вполне себе мускулистой. И с мощной грудью. А ещё не такой уж и старой, как я думал. Лет тридцать пять-сорок. И вполне даже симпатичной. Кровь с молоком, как говорится

— Если ты, ирод проклятый… — начала наступать на меня, подбирая сумку.

Но её опередил Сергей Михайлович:

— Что случилось, Дубов? Вчера с директором мы решили, что вы уже вернулись в Академию, но вас до отбоя так никто и не увидел.

— Кабаны напали, — сказал я. — Один потащил княжну Онежскую в лес, и я бросился следом. Догнал у реки, но уже наступила ночь. А потом на нас этот набрёл, — я кивнул на Верещагина.

Про слежку Алексея за нами и людей князя Михайлова я решил не говорить. С этими я сам разберусь, а у Академии и так могут начаться проблемы из-за Светлейшего князя Якутии, если он узнает, что его дочь пропала на целый день. Вернее, ночь. Да ещё и с двумя парнями.

Нас отвели обратно в Академию. День ещё не закончился, так что я привёл себя в порядок и отправился на те уроки, которые успевал посетить. Скукота. Разве что занятие по Оружейному мастерству оказалось интересным.

Учитель, Вадим Матвеевич, мощный дядька с рыжей шевелюрой и пышными усами, мне понравился. Его голос гремел над аудиторией, и было видно, как ему самому нравится предмет.

Первый урок он посвятил огнестрельному оружию. Пистолетам, автоматам и винтовкам. В целом, принцип предельно простой. Никакой магии или алхимии, чистая физика. Ну ладно, ещё немного химии. Всё-таки реакция горения оружейного пороха — процесс химический, хотя начинается он после физического воздействия. А в остальном всё, как последние семьсот лет. Гильзы, пули, порох да капсюли. Разве что размеры орудий значительно выросли.

Обычная свинцовая пуля легко пробивала панцирь рядовой Саранче. А вот монстрам с металлическим панцирем, они были уже нипочём. И тут либо калибр побольше, либо бронебойные пули. Это была идея гномов. То же, что обычные, но внутри свинцовой оболочки сердечник из металла, из которого состоят панцири Саранчи. И только в гномьих кузницах могли плавить этот металл. Хотя, как я понял, металлическими могли быть не только панцири. Надеюсь, на одном из следующих уроков узнаю побольше об этих тварях.