- Доктор, кажется, вопрос решился сам собой, - показал я на пустую банку.

- Невероятно! Где спирт?! Как я его списывать буду?!

- Как боевые потери. Зато посмотрите на пациентку. Видите? Успокаиваться начинает. Значит, наше лекарство достигло её каким-то непостижимым образом.

Послушная Палкина, услышав мои слова, тут же “пошла на поправку”. Ещё пару минут попритворявшись, она открыла глаза. Рана к этому времени превратилась в небольшой свежий шрам.

- Уже ничего не болит, - с лёгким удивлением в голосе проговорила она, обращаясь то ли к доктору, то ли ко мне.

- Сержант, - поинтересовался у неё озадаченный врач. - А как вы умудрились выпить весь спирт?

- Я… Э-э-э… Помню, что, находясь в забытье, видела нечто, что может мне помочь избавиться от страданий. Мысленно энергетически дотянулась до волшебного сосуда и больше ничего не помню.

- Очередное аномальное излечение, - озвучил вывод военврач, сделав какие-то непонятные выводы в своей лекарской голове. - Надо записать в блокнотик.

- Очередное? - переспросил я.

- Именно. Находясь на грани жизни и смерти, Дар раненых иногда такие выкрутасы устраивает, что впору отдельный научный труд по этой теме выпускать. Чем и займусь после отставки. Пока же материал собираю. Так, молодые люди! Сейчас у вас опять возьмут анализы. Думаю, что всё будет хорошо с ними и с утра отправитесь в свои подразделения.

Больше не обращая на нас никакого внимания, эскулап в погонах ушёл, что-то задумчиво бормоча себе под нос. Медсестра же профессионально выкачала из странных пациентов по паре пробирок крови и тоже вышла из палаты. Удивительно, но серп впервые на кровушку не отреагировал. Видимо, тоже переел.

- Вера, - тут же обратился я к Палкиной. - Самое время поговорить.

- Благодарность моя безмерна, Данила, - быстро проговорила она. - Ты молодец и отличный товарищ. На этом наш разговор считаю оконченным.

- Не думаю. Можешь, конечно, молчать и дальше, но я тогда подкину доктору идею про минус Дар. И вот тогда готовься к совсем иным анализам.

- Чего ж тебе, любознательному, спокойно-то не живётся? - вздохнула девушка. - Ладно. Разговор за мной. Но не сейчас. Тут шумоизоляция не та.

- Привет, болезные! - резко отодвинув шторку, вошла к нам Якутова. - Решили тут от армейской практики откосить? Понимаю, но не разрешаю. Собирайтесь и на выход.

- Но, - возмутилась Палкина, - нас ещё не выписали!

- Да и фиг с ним. Считайте, что я вас быстро излечила. Для спасателей, вообще-то это не раны. Если на ногах стоять можете, значит, готовы к несению службы.

- Ты уже сколько месяцев на ногах, но всё нормальной спасательницей стать не можешь. Хороший пример? - спросил я Галину, встав на сторону своей одногруппницы.

- Там особый случай, - отмахнулась она. - К тому же я вас не к спасателям зову, а к тем армейским баранам, что остались без вашего присмотра. Данила! У тебя вообще в отделении зоопарк! Я по доброте душевной наведалась к твоим Диким. Попасть под ментальный удар - вещь, конечно, неприятная, но не до такой же степени. Этим организмам не то что в армии служить, им нужно запретить дорогу без помощников переходить. А то либо заснут на полпути, либо устанут до изнеможения!

- Лейтенант, надеюсь, они не пострадали от твоего внимания?

- Только морально, Горюнов.