— Впрочем, не надо! — с веселым смешком махнул он рукой. — Не отвечай! Не хочу ничего слышать, а то ты так и до завтрашнего дня не доживешь!

Верн Убах, отойдя в уголок, с улыбкой наблюдал за этой сценкой, и по его лицу было видно, как он наслаждается этим моментом. Заметив, что, вроде как, все разногласия улажены, он обратил на себя внимание.

— Так, Ваша милость, — он посмотрел, естественно, на Ворта, — вы здесь все вопросы решили? Какие-нибудь претензии? — он спрашивал Ворта, но смотрел при этом на усатого, и в его взгляде ничего хорошего не было! Была насмешка и еще что-то, я не понял что, но будущее усатого мне виделось в исключительно мрачном цвете.

— Да, все нормально, лейтенант, — махнул рукой мой товарищ.

— Тогда мне нужно задать вам с Растом несколько вопросов, — он вопросительно посмотрел на баронского сына и дождался от него подтверждающего кивка. — Только не здесь, хорошо?

Ворт опять кивнул. Что показательно, моего мнения никто не спрашивал! Хотя… хрен ли спрашивать, выбора-то у меня все равно нет!

— Эли, я к тебе попозже зайду! — махнул сержанту рукой Верн и, положив нам с Вортом руки на плечи, легонько толкнул к выходу. — Пошли, бойцы!

Мы вышли в коридор, прошли по коридору одну комнату, а уже в следующую Верн приглашающе распахнул дверь, в которую мы с Вортом и зашли.

Ну, что сказать? На первый взгляд комната была очень похожа на ту, что мы только что покинули. Верн быстренько подтащил к столу пару стульев и махнул нам с Вортом рукой.

— Ваша милость, Раст, — и, заметив, как поморщился от титулования Ворт, понимающе улыбнулся, устраиваясь на своем стуле, стоящем с другой стороны стола. — Присаживайтесь.

Мы с моим товарищем последовали его приглашению, устраиваясь на не особо удобных стульях.

— Значит, так, — лейтенант дождался, пока мы устраивались, — воина, который напал на тебя, звали Худой Скалли.

И он внимательно посмотрел на меня. Я его взгляд не понял, но так как он явно ждал от меня вопрос, то я его ему и задал.

— А чего это Худой? Я бы сказал, вполне упитанным был, этот Скалли! Или это он за последнее время ряшку себе наел?

— Да нет, — усмехнулся Верн, — он, насколько я помню, всегда был довольно плотным, да и покушать любил. А прозвище получил, потому что очень любил к месту и не к месту повторять слово «худо». Вот его Худым и прозвали!

— Ясно, понятно, — скороговоркой пробормотал я. — И что?

— Понимаешь, Раст, — вздохнул Верн, — я еще могу допустить, что ты каким-то образом ухитрился убить Скалли, но вот то, что тебе удалось завалить и Скалли и его ребятишек, извини, я не поверю! — и он буквально впился в меня взглядом. — Кто тебе помогал? Кто еще был с тобой?!

Блин, а вот это уже неприятная неожиданность!

— Я не понимаю твоей обеспокоенности, Верн, — я подпустил в голос холода. — Ну, допустим, я был не один, и, допустим, мне помогли, это преступление?

— Да ни в коем разе! — замахал руками лейтенант, но в его голосе явно слышалось облегчение. Интересно, почему?

Верн повернулся к Ворту.

— Ваша милость, это были вы? — в его взгляде мелькнуа насмешка.

Понятно, он не верит, что мы с Вортом вдвоем могли справиться с этими… этими…, короче, с этими баранами!

— Нет, лейтенант, — бросив на меня вопрошающий взгляд и не получив на него ответ, честно признался мой товарищ. — Я встретился с Растом позже.