- У него призвание быть менестрелем.

Андрол пробурчал:

- Может, оно ему пригодится, чтобы подзаработать горстку монет. За ним долг - новые носки мне.

- А у тебя, друг мой, душа счетовода! - Эмарин расхохотался. - Ты никогда ничего не забываешь, так ведь?

Андрол пожал плечами.

- Откуда ты знаешь, что такое Реташенский Оглушитель? Я считаю себя довольно-таки просвещённым в этой области, но не слышал о нём ни слова.

- Я его однажды пил, - сказал Андрол. - На спор.

- Да, но где?

- В Реташе, само собой.

- Но это далеко в море, на островах, где нечасто бывает даже Морской Народ!

Андрол снова пожал плечами и поглядел на Таимовых прихвостней. Деревенский мальчик принёс им от Таима корзину с едой, хотя М’Хаэль утверждал, что у него нет любимчиков. Стань Андрол расспрашивать, он узнал бы, что еду должны были отправить и для них - но мальчик заблудился или забыл, или ещё как-то ошибся по мелочи. Таим приказал бы кого-нибудь выпороть, и ничего бы не изменилось.

- Этот раскол тревожит меня, друг мой, - тихо сказал Эмарин. - Как мы сможем сражаться за лорда Дракона, если мы не способны жить в мире между собой?

Андрол покачал головой. Эмарин продолжил:

- Говорят, что никто из сторонников Логайна за много недель не получал значка с Драконом. Многие, вроде Налаама, давно уже были должны получить знак меча - но М’Хаэль им раз за разом отказывает. Благородный Дом, члены которого ссорятся из-за власти, никогда не будет представлять угрозы для других.

- Мудрые слова, - сказал Андрол. - Но что нам делать? Что мы можем сделать? Таим - М’Хаэль, а Логайн ещё не вернулся.

- Возможно, мы могли бы кого-то за ним послать, - ответил Эмарин. - Или ты мог бы успокоить остальных. Боюсь, часть из них скоро сорвётся, а если завяжется драка, у меня почти нет сомнений, кого беспощадно накажет Таим.

Андрол нахмурился.

- Верно. Но почему я? Ты говоришь куда лучше, Эмарин.

Эмарин усмехнулся.

- Да, но Логайн доверяет тебе, Андрол. И остальные рассчитывают на тебя.

«А не стоило бы», - подумал Андрол.

- Я посмотрю, что мне удастся придумать.

Налаам как раз набирал воздух для нового рассказа, но прежде чем он успел начать, Андрол помахал Джоннету нарукавником.

- Я видел, что старый у тебя треснул. Примерь этот.

Джоннет просиял, взяв вещь.

- Андрол, ну ты даёшь! Я и не думал, что кто-то заметил. Это глупо, я знаю, но… - Он улыбнулся ещё шире и побежал к росшему неподалёку дереву, возле которого были сложены кое-какие вещи, включая его лук. Двуреченцам нравилось иметь лук под рукой.

Джоннет вернулся, прилаживая тетиву. Он надел нарукавник.

- Впору, просто мечта! - воскликнул он, и Андрол понял, что тоже улыбается. Мелочи - как же много они могут значить.

Джоннет прицелился и выпустил стрелу; та взмыла в воздух, а тетива резко щёлкнула по нарукавнику. Стрела улетела далеко - она вонзилась в дерево на холме на расстоянии более чем в двести шагов.

Канлер присвистнул.

- В жизни не видел ничего подобного этим вашим лукам, Джоннет. Ни разу в жизни. - Оба они были андорцами, хотя Канлер был выходцем из городка гораздо ближе к Кэймлину.

Джоннет оценивающе воззрился на свою стрелу, снова прицелился - притянув оперение к щеке - и отпустил. Стрела ушла точно в цель и вонзилась в то же дерево. Андрол прикинул, что обе стрелы попали друг от друга ближе, чем на две ладони.

Канлер присвистнул снова.

- Мой отец научился стрелять из такого, - сообщил Налаам. - Выучился у двуреченца, которому спас жизнь, вытащив из воды в Иллиане. У него ещё тетива осталась, на память.

Канлер поднял бровь, но в то же время история, по-видимому, произвела на него впечатление. Андрол лишь хмыкнул и покачал головой.