Он поднял глаза. На пороге стоял мэр. Он кивнул.

– Я поищу какой-нибудь транзистор, – сказал он и добавил: – Им удастся отправить лифт наверх еще раз?

– Мистер губернатор! – раздался голос Брауна в репродукторе.

– Да, я у телефона.

– Лифт пришел вниз, губернатор. Человек в нем. – Браун помолчал. – Он мертв, мистер губернатор. Страшные ожоги. – Голос его дрожал.

Потом раздался голос Ната Вильсона усталый, но уверенный:

– В ядре здания, очевидно, ужасно высокая температура. Как от паяльной лампы.

Мимо мэра прошел Бен Колдуэлл.

- А как насчет противогазов, Нат? Асбестовых костюмов? Наполнить кабину чем-то охлаждающим...

– Нет, – ответил Нат. – Это был единственный шанс, и мы его упустили. Кабина уже не поднимется. Она серьезно повреждена и сошла с направляющих, которые, видимо, деформировались. Попробуем с другим лифтом, но... – Он не договорил.

Колдуэлл глубоко вздохнул и присвистнул:

– Понимаю.

Снова раздался голос Вильсона:

– Мы все еще работаем внутри здания. Продвигаемся от одного пострадавшего этажа к другому. Простите, мистер губернатор, если бы, – голос вдруг умолк, – если бы эта чертова Башня не была так высока...

Наступила пауза.

– Теперь нам остается, – продолжал Браун, – только та безумная идея Вильсона.

Губернатор ничего не ответил.

– Оставайтесь с нами на связи, – сказал он, отодвинул стул и устало поднялся. – Пора говорить правду. – Он направился к дверям.

– Это необходимо, Бент? – окликнула его Бет.

– Моя милая, – ответил губернатор, – если я и научился чему-то на своем длинном жизненном пути, так это тому, что хуже всего люди ведут себя, если оставить их в неизвестности. Лицом к лицу с горькой правдой они могут реагировать неприятно, но если им совсем ничего не сказать, то начнут возникать разные слухи и паника не заставит себя долго ждать.

Губернатор, как и перед этим, встал на стул посреди зала, подождал, пока стихнут разговоры, и начал:

– Лифт спустился в вестибюль. – Он подождал. Раздался тихий сердитый ропот. – Человек, который был в нем, – продолжал губернатор, – оказался мертвым. В ядре здания, следовательно, невероятная жара. – Он снова сделал паузу.

На этот раз все молчали. Он уже овладел вниманием слушателей.

– Нам попытаются послать другой лифт. И, если им это удастся, в нем будет защитная одежда и изолирующие противогазы. – Он развел руками. – Если им удастся послать другой лифт. Но я в этом совсем не уверен.

Кто-то заколотил в противопожарные двери в другом конце комнаты. Губернатор умолк, а шеф пожарной охраны подбежал к дверям, нажал ручку и распахнул настежь. В зал ввалились пожарные Денис Хоуард и Лу Старр.

У обоих в руках были длинные, тяжелые пожарные багры, загнутые с одного конца и сплющенные с другого. На шеях болтались противогазы. На обоих лицах заметна была смертельная усталость. Когда вслед за жестом губернатора они двинулись к нему, ноги у них тряслись.

– Закройте двери, – сказал губернатор, потом обратился к обоим пожарным: – Спасибо, что вы пришли.

Лу Старр открыл рот, но тут же плотно сжал губы.

Денис Хоуард сказал:

– Не за что, господин губернатор. Просто прогулка по нескольким пролетам. – Он театральным жестом взмахнул рукой. – И мы не спрашивали зачем!

Чей-то мужской голос спросил:

– Не могли бы мы спуститься по лестнице? Если да, то лучше бы трогаться.

Стало тихо. Хоуард перестал бодриться и вопросительно взглянул на губернатора.