Скрип-Моррис начал собирать детей. Остальные взрослые принялись сворачивать палатки, собирать свои лучшие камни и другие запасы.

– Вам повезло, что мы самые быстрые бегуны на свете, – прорычал Клик-Урон, поварской колпак которого дрожал от гнева. – Вы подвергли всех нас опасности! – Он схватил пустой котелок для супа, спрыгнул на дорогу и испарился, оставив после себя лишь сцинковый дух.

– Что будем делать с обитателями Корки? – спросил Ррр-Фред председателя правления. – Убьем их или оставим быкам?

Иии-Блинг злобно взглянул на меня:

– Ррр-Фред, доставь Лестера-Аполлона и Мэг-Девчонку к Башне Нерона. Если хотят сдаться, мы не будем им мешать. Что касается оставшихся троих, я…

Платформа содрогнулась, потолок треснул – и на поселение дождем посыпались коровы.

Глава 19

Беги, река Ой-ой!

Неси меня – ой! – прочь от – ой!

Славная река Ой-ой!

То, что произошло в следующие пять минут, недостаточно описать просто словом «хаос». Это можно сравнить с моментом, когда Хаос дает волю чувствам и безумствует. И поверьте мне, вам не хочется видеть безумства первородной богини.

Лесные быки падали из трещин в потолке, рушили палатки, размазывали троглодитов в лепешки, вокруг летали шляпы, миски и горшки с грибами. В этой круговерти я практически сразу потерял из виду Уилла, Рейчел и Нико. Оставалось только надеяться, что Иии-Блинг и его помощники умчали их в безопасное место.

Передо мной рухнул бык, отделив меня от Мэг и Ррр-Фреда. Пока зверь пытался встать на ноги (копыта?), я перепрыгнул через него как заправский паркурщик, в отчаянной попытке не потерять свою юную госпожу.

Когда я заметил ее, она уже была в десяти футах от меня, Ррр-Фред по неизвестной мне причине быстро тащил ее к реке. Разнообразные препятствия на платформе и необходимость вступать в бой с врагом мешала трогам передвигаться так быстро, как они умеют, но Ррр-Фреду каким-то образом удавалось не сбавлять скорость. Если бы Мэг, которую троглодит, петляя в толпе, тащил за собой, постоянно не спотыкалась, у меня не было бы ни единого шанса догнать их.

Я перепрыгнул через второго быка. (Эй, если уж корова может перепрыгнуть через луну, то почему бы солнцу не перепрыгнуть через двух коров?) Еще один промчался мимо меня, истошно мыча и пытаясь сбросить с рогов палатку из бычьей шкуры. Сказать по правде, я бы тоже запаниковал, если бы вокруг моей головы обмоталась кожа одного из моих сородичей.

До Мэг оставались считаные метры, когда я вдруг заметил, что на платформе вот-вот произойдет катастрофа. Малыш-трог в шапочке с пропеллером, который обслуживал меня за обедом, отбился от остальных детей. Забыв об опасности, он ковылял за своим хрустальным мячиком, который катился по платформе прямо навстречу бегущему быку.

Я потянулся к луку, но вспомнил, что в колчанах пусто. Выругавшись, я схватил первое, что попалось под руку – обсидиановый кинжал, – и запустил его прямо в голову быку.

– ЭЙ! – крикнул я, чем достиг сразу двух целей: маленький трог замер на месте, а бык повернулся ко мне – и в тот же миг получил кинжал в ноздрю.

– Му-у! – взревел бык.

– Мячик! – завопил мальчик в шапочке, глядя, как кристальная сфера, промелькнув между бычьих ног, покатилась ко мне.

– Я его тебе верну! – пообещал я, что, учитывая обстоятельства, было сущей глупостью. – Беги! Спасайся!

Бросив последний отчаянный взгляд на хрустальный шар, мальчик в шапочке спрыгнул с платформы и исчез, устремившись по дороге вдаль.

Бык фыркнул, избавляясь от кинжала, и злобно уставился на меня.