Это заклание мулов придало решимости осажденным, которые вышли из крепости на поиски съестного; но Виллан Заика и Оливье де Мони, которые не съели своих бретонских лошадей, жестоко их побили, вновь загнав в крепость.

Дон Педро подал горожанам новую мысль. Он предложил им кормиться фуражом, который остался после съеденных лошадей и мулов.

Фураж был изничтожен за неделю, после чего горожанам пришлось искать другое пропитание.

Однако обстоятельства складывались никак не в пользу Толедо.

Принц Уэльский, раздосадованный тем, что не получает денег, которые ему был должен дон Педро, прислал в Толедо трех послов, чтобы предъявить счет за военные расходы.

Дон Педро спросил Мотриля, как быть с эти новым затруднением.

— Христиане очень любят пышные церемонии и праздники, — ответил Мотриль. — Если бы у нас были быки, я посоветовал бы устроить великолепные бои, но, поскольку их больше не осталось, надо придумать что-нибудь другое.

— Что именно? Говорите.

— Эти послы едут требовать от вас денег. Все Толедо ждет вашего ответа. Если вы откажетесь платить — это значит, что казна ваша пуста и вы больше не сможете рассчитывать на толедцев.

— Но я не могу расплатиться, у нас не осталось ни флорина.

— Мне прекрасно это известно, ваша светлость, ибо я ведаю финансами. Однако недостаток денег можно возместить, если пораскинуть умом.

Вы пригласите послов торжественно явиться в собор. Там, в присутствии всего народа, который будет зачарован, увидев ваши царственные одежды, золото и драгоценные камни церковного убранства, богатые доспехи, а также полторы сотни лошадей, что в городе покажутся невиданными животными вымершей породы, вы спросите их:

«Господа послы, располагаете ли вы всеми полномочиями, чтобы вести со мной переговоры?»

«Да, — ответят они, — мы представляем его светлость принца Уэльского, милостивого нашего повелителя».

«Превосходно! — скажете вы. — Значит, его светлость требует ту сумму, которую, как мы условились, я должен буду ему выплатить?»

«Да», — ответят они.

«Я признаю долг, — скажете вы, мой государь. — Но мы с его светлостью договорились, что взамен суммы, каковую я должен, я получу покровительство, союз и сотрудничество англичан».

— Но я же получил их! — вскричал дон Педро.

— Да, но вы больше не располагаете ими и рискуете получить совсем обратное… Поэтому прежде всего от англичан надлежит добиться нейтралитета: ведь если вам, наряду с армией Энрике де Трастамаре и бретонцами под водительством коннетабля, придется еще сражаться с вашим кузеном, принцем Уэльским, то вы, государь мой, пропали, и англичане сами заплатят себе, содрав с вас три шкуры.

— Они откажутся помогать мне, Мотриль, потому что я не смогу заплатить.

— Если бы они хотели отказаться, то уже отказались бы. Но христиане слишком самолюбивы, чтобы признаваться друг другу в своих ошибках. Принц Уэльский предпочел бы потерять все деньги, которые вы ему должны, но делать вид, что с ним расплатились, нежели получить долг тайком от всех… Позвольте мне договорить… Поэтому, когда послы будут требовать от вас долг, вы ответите им:

«Мне грозят военными действиями со стороны принца Уэльского… Если это произойдет, я лучше предпочту потерять все мое королевство, чем сохранять хотя бы намек на союз с таким вероломным государем. Поклянитесь же мне, что его светлость принц Уэльский, начиная с этого дня, два месяца держит свое слово (до того как он обещал оказывать мне помощь, принц собирался сохранять нейтралитет), и через два месяца, клянусь вам на Евангелии, я расплачусь с вами, деньги для этого уже собраны».