Избегая его горящего взгляда, рабы низко опустили головы.

Но это было только начало.

– Разве я был вам плохим хозяином? Разве я не дал вам жизнь куда лучшую, нежели прозябание в зарослях тростника или на берегу грязной реки? И вот чем вы мне отплатили!

Новые вычислители смотрели на него с ужасом, застывшим на их юных лицах. Старые работники, те, кто пережил эпидемию страшной лихорадки, только обреченно ссутулились.

– Сколько еще ошибок вы сделали? Сколько еще испытаний загубили вы своим невежеством и своей некомпетентностью? – Он оглядел рабов, потом схватил со стола первые попавшиеся ему под руку листы бумаги. – Если я найду намеренную ошибку, то виновный будет немедленно казнен, запомните мои слова! Поскольку мы работаем по военной программе, то любой такой поступок будет рассматриваться и караться как саботаж и бунт.

В зал, торопливо перебирая своими короткими ножками, вошла Норма.

– Что случилось, савант Хольцман?

В ответ он поднял лист бумаги, испещренный его собственными вычислениями.

– Я нашел серьезные ошибки в математических расчетах конструкции моего сплавного резонансного генератора. Мы не можем больше полагаться на их работу. Мы – ты, Норма, и я – проверим еще раз всё. Сейчас и немедленно.

На маловыразительном лице Нормы отразилась тревога. Она слегка поклонилась.

– Как вам будет угодно.

– Пока будет продолжаться проверка, – произнес Хольцман, собирая записи, – вы будете получать половинный пищевой рацион. Почему я должен набивать вам брюхо, пока вы подрываете нашу обороноспособность перед лицом опаснейшего врага?

Рабы зароптали. Хольцман сделал знак драгунам вывести их из зала.

– Я не потерплю такой неряшливости. Слишком высоки ставки.

Когда они остались в зале одни, он и Норма уселись за столы и начали проверять вычисления, один лист за другим. Женщине с Россака показалось, что реакция Хольцмана несколько избыточна, но он, пылая мрачным огнем, сидел, методично проверяя вычисления на листках, разбросанных по его столу.

В конце концов им действительно удалось найти математическую ошибку, допущенную одним из новых молодых вычислителей по имени Алиид. Хуже того, эту ошибку – вопреки своим обязанностям – не обнаружил другой вычислитель, юноша по имени Исмаил.

– Смотри, это была бы еще одна дорогостоящая катастрофа! Думаю, что это заговор против нас.

– Они же еще мальчики, савант, – возразила Норма, – я вообще удивляюсь, что они могут выполнять какие-то математические действия.

Не обратив внимания на ее слова, Хольцман приказал драгунам привести двух молодых людей, но, подумав немного, решил вызвать в зал и всех остальных вычислителей. Когда драгуны подтащили к нему обезумевших от страха подростков, Хольцман обрушился на них со страшными обвинениями, хотя пара мальчишек – судя по виду – вряд ли была способна на осмысленный саботаж.

– Мальчики, вы, наверное, думаете, что это игрушка, забава? Но вы не понимаете, что в любую минуту Омниус способен истребить всех. Это изобретение может нас спасти!

Норма посмотрела на изобретателя и подумала, что он скорее всего даже не знает, в чем суть ее нового проекта, но это было сейчас абсолютно не важно. Хольцман кипел от справедливого гнева.

– Когда вы высеваете зародыши раковинных рыб или срезаете тростник, то ошибка в несколько сантиметров не имеет никакого значения, но здесь… – он потряс листками с расчетами перед их лицами, – …здесь такая мелочь может погубить целый флот боевых машин!

Он обвел всю группу вычислителей гневным взором.