В принципе, если сильно напрячься, можно было бы их почуять и в любой точке академии…

***

– Ну, братан, чего она там? – Боря нетерпеливо посматривал на статую определения, где скрылась Фонза, – Чего так долго-то?!

Я покачал головой. Да, Женя явно задерживалась.

Бобру явно не терпелось вернуться к зеркалу, у которого он проводил всё свободное время, раздражая этим Блонди.

Он всё не терял надежды активировать новый скилл, с которым ему почему-то никто толком не мог помочь. Даже старшие игроки никогда не слышали о «теневом бронировании».

Сегодня в зале церемоний опять было много народу. На верхних мостках застыли преподаватели, с тревогой поглядывающие на статую. Фонза задерживалась.

Дворфич время от времени задумчиво смотрел на меня, а я только пожимал плечами. Мол, ничего не знаю, я вообще с первого курса.

Часто я ловил взгляд счастливого Кента. Он всё время посматривал в мою сторону и показывал большой палец.

Кент стал алхимиком. И с его сегодняшним уровнем явно не последним в Батоне.

По его словам, он просто уговорил статую выправить скиллы на нужные ему. Что-то там, связанное с зельями отсроченного действия. Типа, на этом можно неплохо поднять голды.

Персик… то есть, теперь уже полноценный игорёк бесцеремонно влез ко мне в мозги и сказал:

«Гера, чувак, ты не представляешь. Там интерфейс, или как ты его называешь? Он работает на скиллах».

«То есть?»

«То есть, всё намного круче. Да, сначала представляешь энергию, как ты и сказал, и появляются кнопки. А потом можно проходить дальше, нажав кнопку скиллом».

«Скиллом?»

До меня немного стало доходить, что он сказал. Как, оказывается, всё просто…

Странно, почему я об этом не догадался. А ведь тоже всё пытался договориться с системой, подбирал слова. А там, оказывается, можно просто кнопки нажимать.

Но почему студентам об этом не говорят? Или преподаватели сами ничего не знают?

Неужели на протяжении стольких лет ни у кого не возникло мысли, что можно не просто ждать решения от статуи определения? Почему никто не пытался настраивать в ней нужные игроку функции?

На чём основана такая слепая вера в систему? Ведь столько магов оказались не в своей стезе…

И к чему это привело.

К счастью, о том, что группа Гончара теперь может настраивать статую, никто не знал. Когда нас допрашивали с помощью свитков, они задавали наводящие вопросы, и их, естественно, интересовали только предатели из Министерства.

Кто? Где? Когда?

«А Фонзе ты сказал о том, как нажимать кнопки?» – спросил я, оторвавшись от размышлений.

«Обижаешь, чувак! Конечно…»

Я снова с надеждой посмотрел на статую определения. В этот момент ладони, между которыми неподвижно стояла Женя Пашнева, разомкнулись, и она вышла.

Женя тоже счастливо улыбалась…

– Поздравим нового каллиграфа курса Игприст, – облегчённо закричал Дворфич, хлопая изо всех сил.

«Ну?!» – прилетело в голову Фонзе, кажется, сразу от всех.

«Каллиграф», – довольно подтвердила Фонза, – «Вот только…»

Он замолчала, явно получая удовольствие от того, что наши глаза в толпе готовы были лопнуть от нетерпения.

«Ну-у-у, ядрён батон! Герыч, щёлкни ей замок, чтоб не издевалась!»

Я усмехнулся. Бобр меня теперь терроризировал насчёт тёмной ботаники едва ли не каждый час.

«Тогда ты, здоровяк, улетишь туда, где тебя никто не найдёт», – весело ответила Фонза.