– Эй, тупое твоё перо, не спеши с клятвами, – возмутился старик и, оттянув клинок, тюкнул вождя по затылку бубенцом на кончике клинка, – Ту-ту-тупой!

На меня в этот момент нахлынули чувства. Быть может, двадцать с лишним лет назад моя мама стояла тут, на этом же месте? Видимо, она показала настоящее мастерство, если её помнят до сих пор.

А ведь я тоже дошёл до этих мест. Да ещё и на первом курсе Баттонскилла!

Но спросил я вдруг совсем другое:

– А Чекан? – вырвалось у меня, – Чекан был здесь?

Вождь недоверчиво переглянулся со стариком, почёсывая затылок. Тот в свою очередь потирал гнутый нос, что-то вспоминая.

– Ну, Тё-ё-ёмный Чекан, – растопырив руки, я будто пытался показать мощь моего отца, – Адский Гусляр.

– А, так это писклявый тот, который таскался с гуслями? – задумчиво спросил Зрячий, глядя себе на оттянутые веки.

Я впервые услышал что-то о моём отце в таком пренебрежительном тоне, и холодно ответил:

– Да, мой отец был бардом.

– Так мы ж его сразу вырубили, – спокойно ответил Гралл, – Его же гуслями.

Я вдруг понял, что разговор зашёл не в то русло.

История получалась не очень привлекательной. Кажется, в этом лесу у Чекана немного не заладилось, и всё разруливала Гончая. И помнится, дриады в магическом лесу тоже всё про Гончую тогда болтали.

Ну, ладно, оставим все ошибки истории… кхм… для истории.

– Нам нужен… – чётко сказал я, но тут «воля лидера» остро кольнула меня.

«А вот сейчас, Гончар, не допусти ошибку», – этот знак судьбы я чётко распознал.

– Нам нужны скиллы, – закончил я, чувствуя, что попал в самую точку.

Глава 18, в которой гнездо

Старик Зрячий куда-то исчез, вспорхнув в кроны деревьев, а вождь Гралл широким жестом показал двигаться за ним.

Тенгу провожали нас лесными тропами в «Гнездо» – так они называли свой дом. Половина бойцов взлетела, и я иногда слышал взмахи их крыльев – они сопровождали нас сверху, скрываясь в кронах.

Путь сначала пролегал под лиственными деревьями, но потом нас уже стали окружать ели и кедры.

Кедры здесь были очень древними, высокими, с толстыми и кривыми стволами. Когда мы проходили под низко-висящей веткой, вождь воронов лихо сбил кончиком клинка шишку, покрутил её в руках и спрятал в кармашек на поясе.

Бобр, увидев это, тоже захотел сорвать такую. Он потянулся к следующей ветке, но остановился, когда в него нацелились клинки Тенгу.

– Криптомерия священна, – как один произнесли вороны.

– Ну ладно, не буду трогать вашу криптоманию, – Боря поморщился, убрав пальцы.

Я с некоторой тревогой посмотрел на Кента. Тот стоял, будто бы не проявляя особого интереса к шишкам. Но я-то знал алхима, как облупленного…

Тут молчание впервые нарушила Фонза:

– А вы и вправду те самые орки, которые ушли на восток?

Все вороны нахмурились, а вождь выпятил нижнюю челюсть, показывая и без того огромные клыки.

Я же пытался вспомнить, где слышал об этой третьей расе орков. И вроде действительно, они куда-то там исчезли, оставив воинствующих братьев в их вечной кровопролитной войне.

Рядом что-то надсадно заскрипело, и мы обернулись. На низкую толстую ветку рядом с тропой приземлился старик Зрячий и уселся на корточки, ловко балансируя на деревянных сандалиях.

– Раньше мы действительно звались орками, – проскрипел старик, вытаращив на Фонзу свои вечно открытые глаза, – Кра-кра-красными!

– Но почему вы ушли? – заинтересовалась Фонза.

– Чтобы проклятье нас не коснулось, – без стеснения ответил Зрячий, – Мы сами выбрали себе судьбу.