Шуйский неодобрительно осмотрелся. Ему не нравилось, что они находились на виду. Даниил предпочитал более кулуарные встречи в уединенной обстановке. А еще не любил, когда происходило нечто, что он не мог контролировать. Как сейчас.

— Не понимаю, зачем мы здесь? — спросил он. — Почему нельзя было все провернуть в особняке на Покровке? Без лишних глаз.

— Простая мера предосторожности, — ответила Агата. — Он доверяет мне, но не тебе. Мы давно сотрудничаем.

— Сотрудничаете? И скольких рубежников ты убила благодаря ему?

— Не всегда нужно кого-то убивать. Порой достаточно просто скомпрометировать человека. Помнишь, как прошлым летом у чуди сменился их староста, который выжил из ума? И наша семья заключила много интересных сделок на поставку артефактов.

— Не думал, что это твоих рук дело.

— Не все в мире происходит по великому разумению князя Шуйского. Ты принес то, что я просила?

— Принес, — кивнул он. — На слове держу.

— Даниил, послушай…

Агата остановилась и взяла его за руку. Со стороны они могли бы выглядеть вполне обычной парой для Москвы: молодая девица в дорогом, идеально подогнанном брючном костюме и высокий статный мужчина в «тройке». Больше того, ею когда-то и были.

Можно сказать, у них даже не имелось иных вариантов. С детства Шуйские и Ильинские дружили семьями. И дети знали друг друга более чем хорошо. Даже промысел получили почти одновременно, с разницей в каких-то пять лет. Что для рубежников и не возраст вовсе. По их меркам, будто пара недель прошла.

Потому, когда молодые наконец рассмотрели друг друга, увидели в старых детских знакомцах мужчину и женщину, родители не могли нарадоваться. Вот только страсть прошла довольно быстро, пытаться сохранить и работать над тем, что у них было, никто не захотел. Агата увидела, насколько жестокосердечен и порой холоден ее возлюбленный. А Даниил неодобрительно отмечал, что часто ему приходится бороться за лидерство с невестой. Такого позволить своей избраннице он не мог.

Однако ничего, со временем Шуйский и Ильинская даже стали приятельствовать. А вскоре Агата и вовсе вошла в Созвездие. И едва ли кто-то мог сказать, что она там незаслуженно.

— Даниил, если ты сомневаешься, мы можем поискать другой вариант. Время есть.

— Времени у нас как раз-таки и нет, — с горечью ответил Шуйский. — Как только мне сообщили из Выборга, я сразу позвонил тебе.

— Ты уверен в своем источнике?

— Если говорит один, можно усомниться. Если трое, надо что-то предпринимать. Воеводе подана челоб… жалоба на его ратника, который пытался убить молодого, еще не присягнувшего рубежника. Думаю, на днях воевода примет этого самого рубежника. И тот окажется под защитой новгородского князя.

— А твой человек? Тот, который должен был найти его.

— Сбежал. Да и какая с него польза, если он теперь вне закона? Нужно искать новый способ. Пойдем, стоим у всех на виду.

Они свернули на Большую Бронную, пройдя мимо огромного заведения фастфуда. Шуйский прочитал длинное название и поморщился. Надо же было так безвкусно переназвать это бистро. Даниил Маркович еще со времен первой отечественной называл все точки общепита не иначе, как бистро.

Впрочем, зря воротил нос. Потому что судьба будто решила посмеяться над высокомерием рубежника. Они прошли пару кофеен, и Агата указала рукой на чебуречную. Шуйский недоуменно посмотрел на свою подругу, но та явно не шутила.

Заведение встретило аристократа запахом горелого масла, белой мебелью и множеством людей. Судя по всему, бистро было довольно популярно.