Первым же делом в дороге начал возвращать утраченные приемы, что произошло буквально сразу. Нужно будет запомнить доводить все свои движения до автоматизма, без дурацких фраз-активаторов. Японке очень понравилось ехать у меня на шеево время бега по воде. Еще бы, каждый шаг ничем не отличается от предидущего, бегу плавно, а она смотрит на мир, как в атракционе, а не болтается колбаской у меня за плечами. Ее там иногда укачивало, после чего на привалах она делала странные рожи и обиженный вид, дурачась и скидывая стресс. По сравнению с знакомыми эльфами небо и земля. Те были обиженными на всё детьми, считавшими, что их предали и обманули, Ай — жизнерадостным и неунывающим ребенком. "Способным рефлекторно располовинить все, что внезапно выскочит" — подумалось мне.

Вскоре эта мысль снова возникла в моей голове, когда одним вечером я с разбегу внес нас на стоянку гоблинов. Переполошенные зеленокожие мартышки с нечленораздельными визгами бросились в высокую траву, пока я обалдело пытался понять, что происходит. Затем из травы высунулась одна отвратная рожица, осмотрела нас злобными малюсенькими глазами и что то яростно заверещала. Трава заходила ходуном — вспугнутые возвращались, подбадривая себя воплями. Митсуруги, разглядев во что мы вляпались, с оглушительным визгом взлетела мне почти на голову.

Бежать я передумал почти сразу, как осмотрел оппонентов. То есть, по сути сделал тоже самое, что и они. Гоблины были сильно похожи на популярные в реальном мире изображения. Нечистая зеленая кожа, крупные головы на коренастых телах, мощные длинные носы, загибающиеся книзу. Высотой от моего колена до пояса. Но — крепкие мускулистые шеи и вполне нормальные зубы, похожие на человеческие. Лишь клыки длиннее. Самки отличались меньшим носом, меньшим ростом и более пронзительным визгом. А еще они все были абсолютно голые, это и послужило причиной, почему я не удрал.

Ай была со мной совершенно не согласна, судя по ее паническому визгу и причитаниям. Но именно благодаря им зеленые голожопики пошли в атаку натурально с зубами наголо. Отбросив ударами ноги тройку самых резвых и тяжелых, я выиграл себе несколько секунд, чтобы уверенно встать на довольно мягкой почве, а так же зафиксировал руками паникующую девушку. Чтоб точно не упала. И дальше дело пошло на лад. Сильный хлесткий удар ногой ломал любую безволосую мартышку полностью — тело отлетало в траву с концами. Кидающихся на нас было не так уж и много — особей семь-восемь, наиболее крупных. Когда я пришиб троих и сломал шеи еще двум небольшим самкам, подкравшимся сзади и вцепившимся мне в ляжки, остальные прекратили нападать и что то забормотали. Но тут очухалась Митсуруги и начала колдовать. Правда попасть смогла лишь пару раз, скосив своим серпом того осторожного гоблина, который позвал остальных в атаку и заморозив каким то снежком ногу другой гоблинши. Та дернулась, нога осталась на месте, примерзшая к земле. Пришлось добить.

Остатки стайки пустились наутек. Розововолосая еще пару раз кинула снежком и серпом и остановилась. Совсем. Пришлось стаскивать с плеч едва ли не силой, трясти и хлопать по щекам. Девушка пребывала в шоке. Пришлось брать ее на руки и нести дальше. Еще около двух часов я бежал, выискивая хорошее место под ночлег. Отважная воительница уже очухалась, немного поплакала, подергалась, постукала кулаками меня в грудь, но к моменту когда костёр горел, уже более менее успокоилась. У нас состоялся разговор на ломаном английском.

— Ты…почему не убегать? — спросила мрачная Ай, глядя на пламя нашего костерка.

— Нам нужен опыт, — пожал плечами я, пытаясь не сжечь разогреваемое мясо.