– Ну да, им надо расплатиться со взятым на покупку дома кредитом, – перебила его Дюдюня, – а поближе кто-то в России имеется?

Гаранин вынул из ящика стола очки.

– Дюдюня, много тех, кто за небольшие деньги любому стрихнин подсыплет. Но вам нужен не ремесленник, а художник. Имен последних я не слышал, знаю лишь, что человек по кличке Клоун с ними работал. Сейчас я веду речь о наших спецах.

– Клоун? – повторила я.

Гаранин открыл другой ящик стола, порылся в нем, добыл толстую телефонную книжку и начал перелистывать страницы.

– Вот. Никита Сергеевич Ромунов. Он, если захочет, расскажет про Клоуна. Я не беседовал с ним лет… э… не соврать бы… много. Номер городской. Может, изменился, может, уже другому человеку принадлежит, может, Никита умер, не знаю сколько ему лет.

– Возраст смерти не помеха, можно и в тридцать в лодку Харона сесть, – хмыкнула Дюдюня, – спасибо, Йося! Привет Рине от тебя передать?

– Конечно, – похоже, искренне обрадовался Гаранин, – я в гости приеду, если разрешите.

Я улыбнулась ему в ответ.

– Позвоните Ивану Никифоровичу.

– Ну, нам пора, – заявила Ада, – конфеты, если не отнимешь, возьмем с собой. Настоящий французский шоколад нынче редок и дорог.

– Мужчины способны на разные плохие поступки, – произнес Иосиф Петрович, – но самый подлый из них: забрать у женщины то, что ты ей подарил.

Дюдюня взяла коробку.

– Йося, о тебе можно всякое сказать, но жадным ты никогда не был.

Гаранин пошел вместе с нами к двери.

– Рад слышать, что не являюсь скрягой. А насчет того, почему я исчез… Дюдюня, ты определенно знаешь про Влада.

– Какого? – прикинулась непонимающей Ада Марковна.

– Ты знаешь, – повторил собеседник, – и понимаешь, что я не виноват. Но Иван считает иначе. Поэтому я ушел в подполье.

– Ладно, Рина тебе сама позвонит, – решила Ада Марковна.

– Нет. Никогда она этого не сделает, – возразил Иосиф.

Дюдюня высказалась коротко:

– Ошибаешься.

– Нет!

– Да!

– Ты не права, – стоял на своем Гаранин.

– Отлично, – согласилась Ада и протянула Иосифу Петровичу руку, – если я не права, то беру на себя бремя помирить тебя с Риной и Ваней. Если я не ошибаюсь в отношении реакции Ирины Леонидовны на твой звонок, то ты, Йося, расскажешь нам все о Клоуне.

Хозяин кабинета повторил уже один раз озвученную им фразу:

– Мне известна лишь кличка.

Дюдюня взяла меня под руку.

– Таня, как ты думаешь, друг детства Вани говорит правду?

– Нет, – коротко ответила я.

– Почему у тебя возникло такое мнение? – полюбопытствовала Ада Марковна.

Я включила фантазию:

– У господина Гаранина кончик носа слегка сместился вправо. Специалисты по гезишт-исследованиям в один голос утверждают, что подобная реакция происходит в случае выдачи испытуемым ложной информации. На поведение мускулов и нервов повлиять трудно. Хорошо это удается лишь настоящим йогам, а их на свете мало.

– Понимаешь, Йося, ты великий монстр на ниве ядов, – вкрадчиво прошептала Дюдюня, – и вообще профессор.