Алек, не обратив на него внимания, развязал платок и обнажил перед собравшимися слиток металла, поверхность которого играла желтоватыми отблесками.

Дэрин невольно сглотнула. Черт возьми, а принцы-богачи, оказывается, встречаются не только в сказках.

— Это… оно? — выговорила Нене. — Я верно понимаю?

Края у слитка были немного сточены, но на поверхности по-прежнему красовался гербовый оттиск Габсбургов.

— Разумеется, мадам, — сказал Алек. — Врун из меня, сами знаете, никудышный.

Снова возобновилась беседа на немецком, в которую живо включились Нене, Завен и Клопп, оживленно что-то планируя.

Лилит с сияющими глазами обратилась к Дэрин:

— Специи! Вот это да! Нет, ты просто гений! Ну чистой воды! — Она заключила Дэрин в объятия. — Вот спасибо так спасибо!

— Ну да, с умом у меня вроде все в порядке… иногда, — бормотала Дэрин, спеша высвободиться из объятий. — Здорово, что Алек догадался притащить сюда эту золотую чурку.

Алек кивнул, но вид у него при этом был несколько потерянный.

— Да я-то что. Это все отец. Они с Фольгером все предусмотрели.

— Да, но прихватить его сегодня сюда догадался именно ты, — сказала Дэрин. — А то бы мы его лишились.

— Это как?

— Ой, не будь Dummkopf, — сказала нетерпеливо Дэрин. — Тот таксист знает, из какого мы отеля. Нашу наружность там наверняка запомнили и все расскажут, если полиция нагрянет с расспросами. Так что нам теперь придется оставаться здесь. Не беда, в принципе. Правда, рацию мы потеряли, зато сохранили инструменты Клоппа, и Бовриля, и твое золото. — Дэрин пожала плечами. — Все самое важное. Разве не так?

Алек вдруг зажмурился и со стоном стиснул кулаки.

— Почти все. — Его голос вдруг упал до шепота.

— Вот черт. У тебя два слитка золота, что ли?

— Да нет. Просто я забыл письмо.

— Там что, говорится, кто ты такой? — сообразила Лилит.

— Открытым текстом, — ответил Алек, оборачиваясь к Дэрин. И с неожиданной твердостью добавил: — Оно хорошо спрятано. Мы можем туда пробраться и выкрасть его!

— Ну да, наверное.

— Через недельку, когда страсти поулягутся. А? Прошу тебя, скажи, что ты мне поможешь!

— Ты ж меня знаешь, — Дэрин залихватски ткнула Алека в плечо, — помочь я всегда готов!

Хотя, если честно, к чему это? Германцы уже знают, что Алек в Стамбуле; зачем лишний раз играть с судьбой в поддавки? Ну письмо и письмо. Черт бы с ним.

•ГЛАВА 34•

— Ну что ты за обалдуй! — крикнула спросонок Дэрин. — Мне такой сон снился!

— Вставай, нам пора, — сказал с тихим упорством Алек.

Дэрин тоскливо простонала. Весь день она помогала Лилит с Пауком — таскала запчасти и лотки с литерами шрифтов, так что теперь ныл каждый мускул. Неудивительно, что жестянщики вечно такие брюзгливые: поди повозись изо дня в день со всеми этими железками!

А во сне она летала. Не на «Левиафане» или медузе Гексли, а на своих собственных крыльях, легких как паутинка. Ощущение ни с чем не сравнимое.

— Что, хотя бы на ночь отложить нельзя? Я выжат как лимон.

— Дилан, уже неделя, как мы ушли из гостиницы. Мы же договаривались.

Дэрин вздохнула. Ну вот, опять у него в глазах это глухое отчаяние. Такое выражение появлялось в них всякий раз, когда он заговаривал о своем утерянном письме, хотя так и не сказал, что в нем такого чертовски важного.