— Германцы? — У Дэрин распахнулись глаза. — С ним все в порядке?

— Ему удалось скрыться, и я видел его сегодня снова, за обедом. — Мэлоун улыбнулся. — Он знает ваш корабль как свои пять пальцев, что тоже странно. Вы как думаете, я бы мог увидеть этого Фольгера? Мне надо кое-что ему передать.

Дэрин застонала. Ее кишки скрутило узлом, как бывало всегда, когда дело пахло изменой. Но Алек все еще в Стамбуле — и за ним гонятся германцы! Быть может, граф Фольгер способен как-то помочь?

— Хорошо. — Она протянула руку. — Давайте сюда вашу записку. Я ее передам.

— Боюсь, так не пойдет. — Мэлоун указал на свою лягушку. — Сообщение здесь, у Ржавки в голове, а как ее разговорить, вы не знаете.

Дэрин уставилась на лягушку: может, тварь сейчас запоминает и ее слова? И вообще, насколько можно доверять этому репортеру?

Мысли нарушила трель: сигнал «свистать всех наверх». Султан уже на подлете. Через пять минут вся команда должна выстроиться на палубе, ожидая его прибытия. А значит, не будет и часового у каюты Фольгера!

— За мной, — скомандовала Дэрин, звякнув связкой ключей.

•ГЛАВА 23•

Как и ожидалось, каюту графа никто не охранял.

Открыв дверь, Дэрин застала Фольгера выглядывающим в окно; он пытался получше рассмотреть величественный шагоход султана. Перед уходом из штурманской рубки она успела заметить степенно приближающегося по летному полю механического слона. Габаритами эта элефантина, пожалуй, превосходила «Неустрашимый», а хауда у нее была изукрашена, как шляпка знатной дамы на скачках в Дерби.

— Прошу прощения, сэр, — сказала Дэрин графской спине, — но к вам посетитель.

Пока удивленный граф отлеплялся от иллюминатора, она окинула взглядом пустой коридор и заперла за собой дверь.

— Посетитель? — переспросил граф. — Интересно — кто?

Репортер шагнул вперед, протягивая руку.

— Эдди Мэлоун, корреспондент «Нью-Йорк уорлд».

Граф Фольгер молча осмотрел репортера с головы до ног.

— У него сообщение от Алека, — пояснила Дэрин.

Лицо Фольгера на мгновение застыло.

— Алек? — изменившимся голосом спросил он. — Где он?

— Да здесь, в Стамбуле. — Мэлоун вынул свой потрепанный блокнот. — Он мне сказал, что вы находитесь на корабле в качестве пленного. С вами, сэр, гуманно обращаются?

Фольгер не ответил. Выражение его лица по-прежнему было каменным.

— Черт возьми, Мэлоун! — вскинулась Дэрин. — У нас нет времени на дурацкое интервью! Пусть ваша зверушка выкладывает сообщение, и баста!

— Алек сказал, что оно приватное, только для графа.

Дэрин досадливо цокнула языком.

— У Алека от меня секретов нет, понятно? Ведь так, ваша светлость?

Фольгер кивнул и брезгливо посмотрел на лягушку.

Мэлоун, сняв земноводное с плеча, поместил его на стол и аккуратно поскреб ему под подбородком, словно выстукивая шифр.

— А ну, Ржавка, повтор.

В ответ лягушка заговорила голосом Алека:

— Не уверен, вы ли это, граф, но я вынужден довериться этому человеку. Как видите, мы все еще в Стамбуле, что вас наверняка крайне обескураживает. Но мы повстречали кое-каких людей. В некотором смысле их можно считать союзниками. При личной встрече я расскажу о них больше.

Дэрин невольно нахмурилась: какие еще союзники?

— По словам мистера Мэлоуна, «Левиафан» тоже все еще здесь, — продолжала зверушка.