— Все используют в пасте только оливковое масло. А я еще плюю.

Он вновь наклонился над своим диском, а Паула, подумав еще немного, плюнула в смесь алмазной пыли, шлифовальной пасты и оливкового масла. Полученная паста использовалась при огранке. Только бриллианты могут гранить бриллианты.

— Молодец, хорошая девочка.

Сначала Пауле показалось, что она ослышалась. Она отложила пестик и посмотрела на Виктора. Он по-прежнему работал, не поднимая головы.

Паула кашлянула.

— Спасибо, Виктор.

До сегодняшнего дня он никогда ее не хвалил.

— У тебя есть чутье, — пробормотал мужчина, отрываясь от дела. — Другого и нельзя ожидать от ребенка Майкла Ренфру. Он был талант.

Паула не успела ничего сказать, Виктор сам отметил заслуги ее отца. Девушка встала и посмотрела на Виктора. Он знал ее отца, так сказал Бенно. Однако до сего момента наставник никогда не заводил разговор об этом знакомстве.

Паула решила, что сейчас может позволить себе задать вопрос. Она сделала шаг, чтобы подойти ближе, но в этот момент хлопнула дверь. Вошел Бенно в сопровождении Лукаса и Кристофа Сен-Джайлса.

Паула напряглась. Она стояла вытянувшись по струнке, зная, что Кристоф в любой момент может обратить на нее внимание и улыбнуться.

Засунув руки в карманы, молодой человек прошел за Бенно в офис, даже не взглянув в ее сторону. Паула убрала мешавшие волосы за уши, горячие пальцы обожгли кожу. Она быстро оглядела комнату, пытаясь понять, заметил ли кто-нибудь ее реакцию. Все спокойно работали, опустив головы. Как же глупо! Вчера она приняла обычную вежливость Кристофа за особое расположение, за интерес. И все только потому, что ей так этого хотелось. Жар поднимался по позвоночнику к голове. Паула села на место. Хорошо, что он не видел, как она смотрела на него, словно первокурсница на профессора. Черт, не смогла вовремя справиться с эмоциями, отвлеклась и упустила отличную возможность завести разговор с Виктором.

Вынырнув из глубины своих мыслей, Паула поняла, что наставник разговаривает с Кирстен Гауда, старшим продавцом, долгое время проработавшей с розничными покупателями. Ей также доверяли сопровождать оптовых покупателей в хранилище. Паула скоро поняла, что Кирстен не так проста и очень опытна. Сейчас девушка стояла рядом со стеклянным столом Виктора и говорила что-то по-голландски, тот внимательно слушал. Паула с интересом наблюдала за ними, и вскоре Кирстен отвлеклась, и взгляды женщин встретились.

— Как дела? — вежливо поинтересовалась Кирстен. — Виктор говорит, что ты отличная ученица.

Надо же, два комплимента за одно утро. Это несколько примирило ее с невниманием Кристофа.

— Дело в том, что Виктор — великолепный учитель, — искренне ответила Паула.

— Хм, — пробормотал наставник. Он прервал работу и взял масляную тряпочку, чтобы вытереть руки.

— Этот прибыл из Антверпена. — Кирстен протянула Виктору небольшой коричневый пакет. — Мистер Коль сказал, вы знаете, что с ним делать.

— Да, миссис Гауда, я ждал его. Благодарю вас.

Официальность в разговоре заинтересовала Паулу. Она проработала в фирме только девять месяцев, но уже успела перейти с Кирстен на «ты». Виктор знал ее, вероятно, лет четырнадцать, и они работали в одном здании, а сейчас разговаривали, как продавец с клиентом. Виктор даже слегка поклонился, когда Кирстен направилась к выходу. Неужели он?.. Нет, наставник не мог быть увлечен миссис Гауда. Виктор с такой гордостью рассказывал о жене, детях и внуках. Хрупкая светловолосая и голубоглазая Кирстен лет на двадцать моложе Виктора. И она замужем. Нет, между ними ничего не может быть. Хотя…

Паула была очень любопытна. Пожалуй, это был один из ее серьезных недостатков.