— Он едва не перерезал ей горло? Господи.

— Это была случайность, как он объяснил.

— Господи. — Мужчина положил еще одну подушку себе под голову. — Надо как-то из этого выпутываться. Ее же могли убить. Убийство — это уже совершенно другое, нас обязательно поймают.

— Она жива, и нас никто не поймает. — Женщина присела на край кровати. — Очень надеюсь, что она испугается и исчезнет.

— Водитель машины тоже поступил глупо. — Мужчина встал. — В этом не было никакой необходимости. А если бы она обратилась в полицию?

— Она же считает, что это дело рук ее покровителей. — Женщина громко рассмеялась. — В любом случае мне нет до нее никакого дела. У нас и своих проблем достаточно.

— Каких?

— У нас осталось всего три камня, а он хочет еще. Сегодня надо передать ему два. Нам необходимы еще бриллианты. На всякий случай.

— Пусть забирает «грушу». — Голос мужчины дрогнул.

— Нет, это наш козырь. С ним нельзя сейчас расставаться. За такой камень можно выкупить любого человека.

— Выкупить? — ухмыльнулся мужчина. — Впервые ты верно называешь то, что мы делаем. Кажется, мы уже заплатили за все с лихвой. Разве нет?

— Что ты имеешь в виду? — Белое, как алебастр, лицо женщины стало еще бледнее.

— Надо быть честными хотя бы самим с собой. Нас шантажируют. Мы в безвыходном положении. Это никогда не кончится. Он будет тянуть с нас камни до конца дней.

Женщина беззвучно заплакала.

— Не надо, не плачь. — Мужчина положил руку ей на плечо. — Я постараюсь что-нибудь придумать. А пока нам надо потянуть время. Не больше одного камня зараз.

Неделя четвертая, понедельник

Паула прислушалась к шагам на лестнице. Занимался рассвет, и первые солнечные лучи робко проникали в кабину лифта. Теперь можно было различить время на циферблате наручных часов. Да, самое время появиться первым служащим. Паула постаралась встать, еще ощущая дрожь во всем теле. Поправив одежду, она порылась в сумочке и нашла расческу. С этого момента ее жизнь будет зависеть лишь от нее самой. Надо вести себя очень осторожно, хорошо обдумывать каждый шаг.

Человек, поднимавшийся по лестнице, что-то весело насвистывал. Девушка почувствовала, как страх понемногу отступает, давая возможность собраться с мыслями. Мелодия была очень знакомой, только один человек в офисе бесконечно напевал ее.

Паула откашлялась.

— Франк, — неуверенно произнесла она. — Франк! Я застряла в лифте. Помоги мне выбраться.

Прошло несколько минут, прежде чем кабина, покачнувшись, поехала вверх. Паула поправила волосы, взяла сумку и с трудом растянула губы в улыбке. «Веди себя естественно». Франк не должен знать, что она провела здесь ночь. Если она хочет уберечь себя от еще больших проблем и помочь Бенно, никто не должен знать о случившемся. Надо казаться невозмутимой. А еще ей необходимо в дамскую комнату. Следующим в списке дел был звонок Петеру.

— Сколько же ты здесь просидела? — спросил Франк, открывая дверь лифта. — Что же раньше не кричала? — Он весело рассмеялся. Светлые кудри были растрепаны ласковым утренним ветром.

Франк всегда нравился Пауле. Не имея на то каких-либо доказательств, она была уверена в его преданности делу компании и, уж конечно, в полной непричастности к хищениям.

— Совсем недолго, несколько минут, — не моргнув глазом соврала Паула, стараясь не выдать себя движением или взглядом. Франк решит, что она вошла через магазин, как делали многие служащие, рано начинавшие работу.