|
То есть совсем всё. – Утро туманное, утро седое… – промычал я, переводя взгляд с одной мины на другую. Мины, конечно, были мною вчера вечером при установке замаскированы, но не идеально. Я старался ставить мины так, чтобы подходящие объекты на местности закрывали их от наблюдения извне, но чтобы мне, от входа в схрон, мины оставались заметны по тому или иному признаку. Это существенно ускоряло и упрощало их деактивацию. Итак, северная мина-сенсор – вот она. Стоит, голубушка, под трухлявым пнем, как стойкий оловянный солдатик на посту. Восточная мина где? Вот восточная мина. Я ее с трех сторон аккуратно обложил лапником и сверху хвоей присыпал. А южная мина? Южная… Южная… Ага, вот и южная. Ну а западная? А вот западная мина, похоже, того. Там, где я вчера на ночь глядя выставил западную мину, было пусто. Абсолютно пусто! Разве только пара пригоршней черной земли поверх бледного лиственного перегноя – там, где, по моему разумению, никакой земли быть не должно бы… Я прострелил директрису на место исчезновения западной мины парой гаечек. Вроде как чисто. Не забывая откусывать от груши, пошел туда, на место загадочной пропажи. Исчезла не только мина, но и огромный мутантный подосиновик, покрытый густой рыжей шерстью. Когда я вчера устанавливал под ним мину, он глухо зарычал и попробовал укусить меня за руку, но я не придал этому особого значения – редко ли в зыбь-воронках растения перемешиваются с животными? И мало ли после этого спор и семян с двойным, а то и тройным коктейлем геномов разлетаются по Зоне после истощения этих короткоживущих аномалий? Надо было, конечно, сообразить, что мне попался гриб с генами лисицы, а лисицы – они ведь норы роют… Учитывая размеры гриба-мутанта, ему, пожалуй, по силам было утащить мою мину с собой под землю… Оставался, конечно, вопрос, почему, так сказать, не работает радио? То есть почему моя мина не заверещала о том, что ее крадут? А ведь должна была! И уж тем более почему она, на худой конец, не взорвалась? Ладно, не взорвалась и не взорвалась. Может, оно и к лучшему, зачем добро портить. Схожу вот сейчас за саперной лопаткой, есть еще все шансы лисогриб догнать. Все-таки это в основном гриб, а не лиса, – думаю, метра на полтора он уйти успел, не больше… Но какой же я все-таки балбес! Не о том надо было думать, как мину разыскать! А о кое-чем другом: если гриб украл мину, значит, в моем персональном охранном периметре образовалась дыра – заходи всяк, кто хочет! Ведь четыре мины – это четыре всевидящих глаза, четыре всеслышащих уха, четыре искусственных носа-газоана–лизатора, которым позавидует собака- ищейка! Даже кровосос, вдоволь насосавшись энергии из пятен радиоактивного заражения и сделавшись невидимым, не пройдет мимо них. В оптическом спектре он, конечно, невидим, но сенсоры на минах ох какие хорошие! Но теперь западной мины не было… И если она исчезла ночью, значит, перед рассветом этой дыркой мог воспользоваться… Тычок в плечо, которому позавидовал бы и Валуев-сын, сбил меня с ног. Я еще ничего не сообразил, мой мозг не успел обработать хлынувшую бурным потоком информацию, а рефлексы сработали четко. |
